Некоммерческое партнёрство КОВЧЕГ
Действующее экопоселение. Калужская область, Малоярославецкий район
Главная страница / English
О нас (27.08.09)
Новости   (23 мая 2016)
  • Сбор помощи Е.Лазутиной
    Ответы на ваши вопросы
    Как доехать
    Вести с полей (29.03.11)
    Видеоролики (12.02.11)
    Статьи: Наши мысли и опыт (04.05.2016)
    Наши товары и услуги (заходите!)
    Наше творчество:
    Фотоальбом (25.04.16)
    Почта


    Ближайшие семинары:

    · Травный: 'Майская зелень и пыльца сосны' -    4-5 июня 2016

    · Семейный: 'Семья да род возродят народ' -    4-5 июня 2016

    · Частые вопросы о семинарах

    Для тех, кому неудобно приехать на семинар: "В гости в Ковчег"



    Подписаться на новости
    через почту


    Или подписка через форму:



    English version:
    * Main page
    * Key facts
    * Photos
    * E-mail



    Материалы по обороне
    Ильинских рубежей:
    Ильинские рубежи - материалы

  • Наши мысли и опыт


    Экологическое поселение Ковчег
    приглашает единомышленников на семинар:
    "Опыт естественного содержания пчёл
    на приусадебном участке"




    Федор Лазутин

    Детали и тонкости
    естественного подхода в пасечном деле

        "Вся тайна пчеловодства состоит в том, чтобы совершенно знать свойства пчёл и уметь сберегать оные... Кто хочет с успехом разводить пчёл, должен, сколь возможно, применяться к образу жизни пчёл диких".
      Николай Михайлович Витвицкий (1764-1853)

      Больше трёх лет прошло с момента написания книги "Пчёлы в радость". Казалось бы, изменилось с тех пор немного - сижу за тем же столом перед экраном компьютера и, подняв глаза, так же, как и три года назад, вижу свою пасеку. На крышках ульев лежат большие шапки снега, мёд давно уже откачан и лежит в закромах, а на пасеке до весны делать совершенно нечего. В общем, самое время подвести итоги и поразмышлять над этим увлекательным занятием - пчеловодством, и над самими пчёлами, приносящими нам столько пользы, радости и загадок.

      Так что же изменилось за эти прошедшие три года? Если всерьёз задуматься, то многое. Значительно выросла пасека, превратившись из хорошего увлечения в едва ли не основное занятие. Было множество интересных встреч, большое количество увлекательного общения, появилась масса новой интересной информации. Я увидел, какое огромное количество людей всерьёз интересуется пчеловодством и "болеет" за сохранение и преумножение нашей исконной среднерусской пчелы. И за эти годы ещё больше утвердился для себя в принципах естественного пчеловождения.

      Гости часто спрашивают: "Ну как всё-таки, действительно ли у вас получается делать ревизию всего два раза в году, минимально вмешиваясь в жизнь пчелиной семьи?". На что я отвечаю: "Нет, не получается! Два раза - это уже слишком много, в последнее время делаю ревизию всего один раз и думаю о том, как бы уйти и от этого". "А как насчёт маточников? - спрашивают профессионалы - приходится их вырезать, чтобы пчелосемьи совсем не разроились?". "Конечно, нет, - отвечаю я. - всё как раз наоборот. Пчёлы не очень-то хотят роиться, и при необходимости получить рои приходится понуждать их к этому".

      Чем дольше занимаюсь пчёлами, тем сильнее убеждаюсь в том, что в естественном подходе едва ли не самым важным является знание законов жизни пчелиной семьи, а также чёткое понимание того, что пчеловод делает, и какое воздействие оказывают на пчёл его действия. И чем больше становится понимания, тем меньше необходимости в самих действиях. То есть количество действий, можно сказать, обратно пропорционально объёму нашего понимания. Но не стремится к нулю, разумеется. Определённое количество работы на пасеке делать необходимо, от этого никуда не уйти. Но работы чётко выверенной и проведённой вовремя. Без этого нельзя - пчёлы могут уйти в ройку или вовсе погибнуть. Ради этого ли мы их заводили?

      Один из моих друзей - Дима, который обзавёлся своей первой пчелиной семьёй этой весной, осенью попросил меня помочь подготовить улей к зимовке. Откинули крышку, под рамки подсунули подушку со мхом, сбоку поставили тёплую перегородку и подоткнули под ней щель. Вся операция заняла не больше пяти минут. "И это всё?" - удивлённо спросил Дима, ожидавший целой большой операции. "Конечно, - последовал ответ. - Чем тревожить пчёл, лучше пойдём, попьём чайку с мёдом, обсудим планы на следующее лето". Рамочки с мёдом у диминых пчёл к этому времени мы уже забрали, и это тоже заняло минут пять, не больше.

      Но всё равно остаётся вопрос: так ли всё просто с естественным содержанием пчёл и вообще с пасечным делом? Действительно ли возможно держать пчёл, не прилагая к этому большого количества усилий и не затрачивая много времени? Односложно ответить на него не получается. И да, и нет. Есть много успешного опыта содержания пчёл в ульях-лежаках на высокую рамку, но есть опыт и не очень успешный. В чём причина? Их можно назвать несколько. Самая распространённая - неточное соблюдение технологии, небрежное отношение к свои питомцам. Это когда пропустили весеннюю ревизию, опоздали с расширением гнезда, потревожили пчёл слишком сильно и не вовремя. Или приобрели семью у соседнего пасечника, который всю жизнь экспериментировал с разными породами пчёл. Но это причины вполне очевидные. Есть и другие, от нас мало зависящие, иногда и вовсе загадочные. Ведь пчёлы - это живые существа, со своим характером и своими мотивами, не всегда объяснимыми с рациональной точки зрения.

      Поэтому, если у вас что-то не получилось, не стоит отчаиваться. Размышляйте, осмысливайте свой и чужой опыт, старайтесь понять, в чём кроется проблема. Пробуйте дальше, и результат не заставит себя ждать. Природа сторицею награждает тех, кто действует с любовью и старается следовать её законам.

      Принципы естественного подхода в пасечном деле

      • Минимальное вмешательство в жизнь пчелиной семьи.
      • Отказ от применения любых подкормок, в том числе приготовленных на основе сахарного сиропа.
      • Отказ от лечения пчёл, то есть применения любых лекарственных препаратов.
      • Размножение пчелиных семей только роями.
      • Использование высокой рамки, позволяющей пчёлам самостоятельно полноценно подготовиться к зимовке (высота рамки зависит от климата).
      • Отбор излишков мёда один раз в году, осенью, после того, как вышел весь расплод, и семья закончила приготовления к зимовке.
      • Зимовка пчелиных семей только на улице.
      • Использование однокорпусного улья (отказ от дополнительных корпусов и магазинов).
      • Содержание пчёл только местной, для нас среднерусской породы.

      Как появились эти принципы и обязательно ли им следовать? Ответ на первый вопрос содержится в книге "Пчёлы в радость", где я постарался максимально связно изложить ту цепочку рассуждений, которая привела меня (и очень много других пчеловодов старого времени и современных) к каждому из этих принципов. Ответ на второй вопрос очевиден: воля ваша, следовать им или нет. Пчеловоды, как правило, это люди очень самостоятельные и свободолюбивые, им особенно не подиктуешь. Лично я свой выбор сделал, и мне он нравится! И ощущаю его даже не как выбор принципов, но как выбор пути в пчеловодстве и вообще в жизни. И если случаются неудачи, то стараюсь анализировать их, делать выводы и двигаться дальше, погружаясь в удивительный мир естественного пчеловодства, естественного взаимодействия человека и природы и вообще естественной жизни на этой Земле.

      Составляющие успеха в пасечном деле

      1. Медоносная база.
      2. Порода пчёл и их сила.
      3. Конструкция улья и система пчеловождения.

      Порядок, в котором располагаются составляющие успеха, не случаен. Конструкция улья и принципы пчеловождения, о которых ведётся так много споров в специальной литературе, располагаются всего лишь на третьем месте. А на первом стоит медоносная база, то есть растения, окружающие пасеку, ландшафт и микроклимат. Эффективный радиус лёта медоносной пчелы составляет 2-3 километра, то есть в распоряжении пчелиной семьи имеется территория приблизительно в 2.5 тысячи гектаров. Что на ней находится? Нетронутые луга с великолепным разнотравьем или совершенно бесполезные для пчёл поля пшеницы, широколиственный лес с обилием липы и клёна или хмурый ельник? Именно от этого в наибольшей степени зависит благополучие и продуктивность пчелиной семьи. Отдельная пчёлка может улететь в поисках взятка и дальше 3-х километров, но это займёт гораздо больше времени, а значительную часть собранного нектара придётся потратить на сам полёт. Эффективность такой работы очень низка.

      Значение медоносной базы переоценить трудно. В местности с обильным взятком слабая семья в улье любой конструкции быстро зальёт мёдом всё свободное пространство, и, наоборот, самый лучший улей с великолепными пчёлами в бедной местности может не дать ничего. С этим связано множество разных историй, забавных и не очень. К примеру, поставил человек у себя на садовом участке один дадановский улей. А вокруг пчёл никто не держит, то есть весь медосбор принадлежит этой, одной единственной, семье. Мёда будет, как говорится, хоть "залейся", и зимой на интернет-форуме пчеловодов появится статья о том, какими замечательными качествами обладает дадановский улей и что желать большего просто не имеет смысла.

      Или другая ситуация. Человек спрашивает, можно ли держать пчёл естественным образом в его родной деревне. А проблема заключается в том, что вокруг неё на многие километры раскинулись посевы рапса, и больше нет практически ничего. А это означает, что несколько недель в году будет мощный взрывной взяток, а в остальное время нектара вообще не будет. К тому же на мёде из рапса (семейство крестоцветных) пчёлы нормально зимовать не в состоянии. Что можно человеку ответить? К сожалению, ничего обнадёживающего...

      Так уж сложилось, что в современном мире далеко не во всяком месте можно вообще держать пчёл, не говоря уже о естественном пчеловождении. Причин этому несколько: огромные площади, занятые монокультурами, катастрофическое обеднение и загрязнение природы, широкомасштабное применение пестицидов и ГМО (генетически модифицированные организмы). С другой стороны, от опыления пчёлами до сих пор зависит огромное количество ценных сельскохозяйственных культур (в том числе фрукты). Поэтому в так называемых развитых странах уже давно бьют тревогу по поводу резкого сокращения количества пчелосемей, но сделать с этим ничего не могут. Ведь для того, чтобы помочь ситуации, нужно полностью поменять направление развития и начать поиск альтернативного пути для всего человечества. Готовы ли мы к этому?

      Что касается России и ряда других стран бывшего Союза, то ситуация здесь пока гораздо более благоприятная для естественного пчеловодства, чем в большинстве стран современного мира. У нас ещё сохранилось множество островков относительно дикой природы, заброшенные поля в окружении лесных массивов, небольшие чистые речки, утопающие в заросших ивняком поймах. Средняя полоса России, Алтай, Дальний Восток и многие другие регионы могли бы стать Меккой естественного пчеловодства, чтобы, как и встарь, снабжать весь остальной мир настоящим, вкусным и экологически чистым мёдом. Причём, как мы знаем, природе от этого будет только лучше, ведь пчёлы - необходимая её часть, и, когда они исчезают, растительный мир становится беднее, а когда появляются - вновь расцветает.

      Как может выглядеть такое вот массовое пасечное дело? Очень просто, и эта картина хорошо описана в литературе 19-го века. Во фруктовом саду или на лесной поляне располагается пасека, через пять километров - следующая, потом ещё одна и так далее, по всем нашим необъятным просторам. Количество ульев на каждой пасеке может быть от пятидесяти и больше, и определяется обилием медоносов в данной конкретной местности. Способы оценки медопродуктивности нетрудно найти в традиционной литературе по пчеловодству (к примеру, А.Н. Рыбальченко "Загадка пчелиного роя" 1983 год, стр. 65).

      Но если местность вокруг вашей пасеки не так обильна, то над этим можно работать. Всё в руках человеческих! Каким образом? Да очень просто: сажать деревья. Липу, белую акацию, клёны разных видов (только клён американский не стоит, поскольку он является активным захватчиком), разные виды ивы, дуб, ясень и так далее. Посадить дерево несложно, но эффект от этого маленького действия просто потрясающий. Липа, к примеру, способна расти не одну сотню лет, и всё это время давать нам (и нашим потомкам) прекрасный первосортный мёд. И хотя в нашем климате (средняя полоса России) нектар она выделяет не каждый год, зато когда выделяет, всё дерево буквально гудит от пчёл. Специалисты подсчитали, что каждое взрослое дерево даёт за сезон до пятидесяти килограммов мёда, вот и прикиньте экономический эффект за несколько столетий от одного маленького действия - посадки дерева. А ведь польза от деревьев далеко не ограничивается мёдом. Это и свежий воздух, и плодородие земли, и многое, многое другое.

      Мне рассказывали про одного пожилого пасечника, который в молодости насажал по окрестностям своей деревни лип и других деревьев, и теперь каждую осень качает мёд и не нарадуется на то, что когда-то не пожалел для посадок сил и времени. И что вообще додумался до такого простого действия. Да что там говорить, ведь многие из нас бывали в местах, где когда-то располагались дворянские усадьбы. Ни хозяев, ни усадеб давно уже нет, а красавицы-липы до сих пор стоят живым напоминанием о добрых людях, когда-то их посадивших. Что ещё может послужить такой прекрасной памятью о человеке?

      И всё же деревья - это наш задел на будущее. А как быть с настоящим? Как повысить продуктивность местности, если она совсем бедна медоносами? Ответ простой - сеять их. И это не так трудно, как на первый взгляд кажется. Для посева медоносов нужно немного - трактор с несколькими сельхозорудиями, который можно найти в соседнем хозяйстве или у частника. Сеять лучше сеялкой (можно договориться и об этом), но можно и вручную, вразброс. До десяти гектаров это вполне реально, нужно только соблюдать нормы высева и научиться разбрасывать семена более или менее равномерно. Лично я для своих пчёл каждую весну высеваю горчицу и фацелию (однолетники), а также донник и синяк (двулетники). И экспериментирую с многолетними медоносными растениями, такими, как эспарцет, козлятник, мордовник шароголовый и многие другие. Но первые четыре - это для нашего климата очень мощный и практически беспроигрышный вариант

      Посев медоносов - отдельная большая тема для отдельной книги. Как обрабатывать землю, как сеять, сроки и нормы высева и много чего ещё. Но овчинка стоит выделки - эффект от посева медоносов колоссальный. Чего стоит одно удовольствие наблюдать, как на цветущем поле дружно трудятся пчёлки! Затрат средств и времени жалеть не стоит - вложения возвращаются во много раз. Тем более, что можно сеять смеси (классический вариант - фацелия плюс синяк), то есть один раз в два года, или смеси многолетних трав - один раз на много лет. Можно сочетать посевы медоносов с другими направлениями сельского хозяйства, ведь многие медоносы являются одновременно и кормовыми травами, и очень хорошими сидератами (улучшают почву). Впрочем, сельское хозяйство - это тоже отдельная тема. Ещё в начале 19-го века Пётр Иванович Прокопович (1775-1850 гг) разработал так называемую "пчелопольную" систему земледелия, которая гармонично сочетала и пользу для пчёл, и сельское хозяйство, и заботу о плодородии почвы. Нам остаётся только найти и внимательно перечитать старые тексты. Однако свою задачу я вижу пока в другом - в постепенном восстановлении природных лугов как богатейших "пчелиных пастбищ" и необходимых составляющих естественного природного ландшафта.

      Кода мы много лет назад переехали в сельскую местность, вокруг располагались давно заброшенные поля с засеянными когда-то многолетними пастбищными злаковыми культурами, которые обладают большой устойчивостью и не пускают к себе другие растения. Однородный зелёный ковёр в начале лета и высохший соломенно-жёлтый в конце, и ни одного цветка, который с радостью посетили бы шмель или пчела. Да и откуда взяться семенам лугового разнотравья, если на десятки километров вокруг картина та же? Конечно, если вообще землю не трогать, то за несколько столетий (или тысячелетий) и плодородие почвы восстановится, и разнообразный видовой состав тоже. Но можем ли мы ждать так долго? Ведь человек, имея в своём распоряжении мощные технические возможности, способен как легко навредить земле, так и помочь ей восстановить себя. В посеве медоносов я вижу прекрасную возможность именно для второго. За несколько лет щадящей (неглубокой) обработки земли можно и плодородие почвы повысить, и вытеснить устойчивые корневищные злаки, и восстановить естественное луговое разнотравье. И всё это с великой пользой для пчёл и с хорошим экономическим эффектом. Но, повторяю, это вопрос отдельный, и когда-нибудь мы к нему обязательно вернёмся. А пока продолжим нашу тему - составляющие успеха в пасечном деле.

      Порода пчёл и сила семей

      От темы медоносной растительности уйти трудно, настолько она важна и глобальна. Можно представить себе природу, в которой десятки миллионов лет жили пчёлы. Если не считать периодов катастроф (изменения климата, землетрясения и оледенения), то естественная природа всегда была плодородна и обильна. С ранней весны и до поздней осени пчёлы могли найти взяток, необходимый для весеннего развития, осеннего наращивания и для создания хороших, качественных запасов на зиму. Разнообразные породы деревьев, богатейшие луговины, обилие чистейшей воды и многих ядовитых, "ненужных" для человека растений, с которых пчёлы собирали необходимые для них природные лекарства. Практически полностью уничтожив всё это великолепие, мы ещё удивляемся тому, что наши пчёлки иногда болеют и гибнут... Напротив, мы должны удивляться, что они ещё живы! И благодарить за это щедрую всепрощающую Природу.

      Очень похожая картина складывается и с породами пчел. Ещё в девятнадцатом веке многие известные пчеловоды били тревогу по поводу вырождения нашей местной пчелы. Тогда ещё не начался массовый завоз южных пород пчёл, но проблема уже появилась, и связана она была с принятой в то время роебойной системой содержания пчёл в небольших тонкостенных "дуплянках" или, по-другому, "бездонках". Так назывались обрубки ствола с выдолбленной сердцевиной, поставленные вертикально на кусок доски или прямо на землю. Н. М. Витвицкий - выдающийся пчеловод-исследователь того времени - условно делил пчёл по качеству на несколько классов, с учётом их медопродуктивности, зимостойкости и способности противостоять болезням. К первому классу он относил пчёл "совершенно диких", живущих в дуплах деревьев, а к последнему "самых изнурённых, проведших зимы в погребах и других сырых и душных помещениях, познавших голод и болезни". (Цитируется по книге И. А. Шабаршева "История русского пчеловодства", Москва, 1996 год, стр. 156).

      За последующее столетие ситуация многократно усугубилась массовым завозом южных пород пчёл, и дошла до того, что найти настоящую местную пчелу в средней полосе России стало практически невозможно. На пасеках преобладают либо явные помеси завозных пород с местными, либо "условно среднерусские" пчёлы, несущие в себе изрядное количество наследственных признаков своих южных собратьев. Эта проблема касается, разумеется, не только России, но присутствует практически во всех уголках нашего индустриального мира.

      В качестве небольшой иллюстрации можно привести рассказ профессора Григория Александровича Кожевникова (1866-1933 гг) об экспедиции, предпринятой в 1928 году в Башкирию для изучения местной лесной среднерусской пчелы. В результате экспедиции он ещё раз убедился в её превосходных качествах и в способности даже в неблагоприятный год обеспечивать себя запасами и давать товарный мёд. Здесь, на одной из пасек, исследователь увидел, что желтизна всего лишь от одной завезённой сюда итальянской матки сохранялась у тёмных местных пчёл на протяжении 14 лет! Григорий Александрович предложил запретить ввоз пчёл и маток других пород в Башкирию, на Дальний Восток, в Сибирь и на Кавказ (источник тот же, стр. 344). Но мы знаем, что это предложение не было услышано.

      Насколько мне известно, сегодня настоящую среднерусскую пчелу ещё можно найти лишь в нескольких географически обособленных регионах (в том числе расположенных в Татарстане и в Башкирии), либо в нескольких питомниках, ещё с советских времён занимавшихся сохранением и разведением среднерусской породы. Так что сегодня мы должны благодарить тех пасечников и энтузиастов, которые сохранили для нас возможность восстановить и размножить местную пчелу, а также заниматься естественным пчеловодством, которое без неё было бы невозможно.

      Однако, как показывает опыт, покупка пчёл в питомнике тоже не даёт абсолютной гарантии. Пчелиные семьи продаются обычно в виде пчелопакетов - стандартных ящиков с четырьмя дадановскими рамками, обсиженными пчёлами. По принятому стандарту, три рамочки должны содержать расплод, и одна - запасы мёда и перги. Разумеется, в пчелопакете должна находиться и плодная пчелиная матка. Так вот, при равных стартовых условиях (тех, которые можно оценить на взгляд), развитие семей из покупных пчелопакетов может происходить совершенно по-разному. Одни развиваются активно, в течение лета натаскивают много мёда и прекрасно зимуют, другие ведут себя средне, а третьи и вовсе постепенно сходят на нет. В чём причина? В силе данной конкретной пчелиной семьи, а точнее, пчелиной матки. А она в основном определятся наследственностью. Поэтому все серьёзные пасечники, и в старое время, и сейчас, в большей или меньшей степени занимались селекционной работой. То есть старались размножать именно сильные и благополучные пчелиные семьи.

      В этой области существует много вопросов, на которые не всегда легко найти ответы. Все ли пасечники, продающие пчелосемьи, и сегодня занимаются подобной работой - отбором и размножением только сильных семей? Занимаются ли этим в коммерческих питомниках, особенно после развала Союза? По каким признакам ведётся отбор? Только по медопродуктивности и миролюбию? А как насчёт резистентности (сопротивляемости) к болезням, способности зимовать на улице и самим хорошо готовиться к зимовке? Последнее остаётся под большим вопросом, ведь и на подавляющем большинстве крупных пасек, и в пчелиных питомниках принято закармливать пчёл на зиму сахаром, "собирать" гнёзда в зиму и проводить профилактические обработки от ряда заболеваний. А ведь от того, какие методы применялись там, где мы покупаем пчелиные семьи, в сильнейшей степени зависит их судьба при перемещении на наши пасеки, в жёсткие условия естественного пчеловождения.

      Почему жёсткие? С точки зрения современных общепринятых технологий, именно таковыми они и являются. Ведь пчёл в зиму я не "собираю", даже не заглядываю осенью в гнездовую часть. Ревизия гнезда - только весной, а уж как пчёлки сформировали гнездо для зимовки - это их дело. Подход простой: я сделал то, что от меня зависит, а именно дал пчелиной семье добротный тёплый улей, высокую рамку и не отбирал мёд в течение всего лета. Как пчёлы разложили запасы мёда и перги, где сделали переходы между улочками, как сформировали зимний клуб - меня не касается. Сделали всё хорошо, и успешно перезимовали - замечательно, сделали как-то не так и не перенесли зиму - очень жаль, но ничего не поделаешь. Зато от успешно перезимовавших семей получится здоровое, сильное потомство, которое с большой вероятностью проведёт следующую зиму так же благополучно. Пользуясь тем же принципом, я не слежу и за качеством зимних запасов. "Умные" пчёлки оставят в гнездовой части мёд с главного медосбора, а тот, который для зимы не подходит (к примеру, падиевый), положат сбоку, про запас, откуда он осенью попадёт в откачку. И, разумеется, я не провожу никаких обработок от пчелиных болезней.

      Часть пчелосемей зимой "отходит", то есть гибнет. Некоторые "классические" пчеловоды, узнав об этом, укоризненно качают головами. С их точки зрения, правильный пчеловод должен сделать так, чтобы не погибла ни одна семья. Но когда узнают о моём жёстком подходе, то удивляются ещё больше, поскольку, по их мнению, в таких условиях должна погибнуть вся пасека. Но не гибнет! Количество семей потихоньку растёт, хотя дополнительных усилий к этому я не прилагаю. То есть не занимаюсь искусственным размножением (не делаю отводков) и лишь в небольших масштабах, в порядке эксперимента, понуждаю пчёл к роению. Единственное, чем я всерьёз занимаюсь в плане развития своего "пчелиного хозяйства", это "коллекционирую" на своей пасеке пчёл среднерусской породы из самых разных мест. Есть у меня условно-среднерусские пчелосемьи из Рязанской области, есть чистопородные из орловского питомника, есть так называемая "казанка" - среднерусская пчела из Татарстана. Планирую ещё побывать в Башкирии и привезти несколько пчелосемей оттуда. Зачем? Говоря научным языком, для того, чтобы был хороший исходный генетический материал для формирования своей, местной пчелы. Ведь той популяции, которая жила когда-то здесь, на Оке, в чистом виде уже не сыскать, а значит, её нужно создавать заново. Поэтому, чем больше будет пасека и чем больше будет на ней разных среднерусских пчёл, тем лучше. Постепенно, используя естественные методы селекционной работы, можно будет сформировать хорошую, зимостойкую, медопродуктивную и миролюбивую местную пчелу. В этом и состоит одна из моих целей. Приглашаю к сотрудничеству!

      Вопрос породы и силы пчелиных семей - один из ключевых в пчеловодстве, особенно для тех, кто только начинает заниматься пчёлами. В качестве примера приведу опыт другого моего друга и "соратника по пчёлам", тоже Диму, который завёл несколько лет назад три пчелосемьи в ульях-лежаках на высокую рамку. Взял два отводка у своего знакомого пасечника на юге Калужской области, но они "пошли" как-то не очень, мёда дали мало и в следующем году вовсе зачахли. И ещё одну готовую пчелосемью Дима приобрёл по объявлению в десяти километрах от нас. Бывший хозяин переезжал на Кубань и распродавал всё, что не мог взять с собой. И эта семья оказалась совершенно уникальной! В течение трёх лет она одна давала 30-40 килограммов мёда ежегодно и зимовала прекрасно. В этом году, судя по всему, эта семья пошла в ройку (Дима работает в городе и за роями следить не имеет возможности), но в следующем, думаю, восстановит силу и снова даст мёд.

      И подобных историй я слышал немало. Многие рассказывают, что их пчелиные семьи, особенно взятые из питомников или полученные из приобретённых отводков, работают как-то еле-еле, развиваются слабо и мёда приносят совсем немного. И так может продолжаться несколько лет подряд, а в худшем семья просто гибнет. Но некоторые из приобретённых семей вдруг начинают бурно развиваться, и к осени, на радость своим хозяевам, дают отличный "урожай" мёда. Так в чём кроется корень проблемы и как можно улучшить ситуацию? Разумеется, в пчелиной матке, и об этом говорится в любой серьёзной книге по пчеловодству. А нам остаётся только сделать акценты на самые существенные моменты.

      Пчелиная матка

      Пчелиная матка - центр и основа пчелиной семьи. Все пчёлки в улье, а в разгар сезона их может быть до ста тысяч, являются её детками. Средний срок жизни рабочей пчелы летом составляет сорок дней, трутня - несколько месяцев, а пчелиная матка может жить и работать до восьми лет (это зафиксированные случаи). От её "яйценоскости" (способности откладывать определённое количество яичек в сутки) зависит скорость развития и мощность семьи, от генетического набора, который она несёт, зависят характеристики самих пчёл. Последнее верно, правда, лишь наполовину. За вторую половину отвечают те трутни, с которыми пчелиная матка встретилась во время своих брачных вылетов.

      О пчелиной матке написано очень много. Первые дошедшие до нас описания принадлежат древним египтянам, которые считали её этакой царственной особой, управляющей всеми работами в улье и посылающей своих подданных в поле за взятком. Древние греки были убеждены в том, что матка не позволяет пчёлам бездельничать, и следит за тем, чтобы соты в улье были сделаны прочно и красиво, а расплод воспитывался должным образом (Н.П. Иойриш "Пчёлы - человеку" изд. Наука, 1974 год, стр. 18). Пчелиную семью во все времена считали образцом идеального сообщества, а пчелиную матку - её центром. А в России испокон веков её именовали не иначе, как царицей.

      Самыми лучшими по качеству пчелиными матками считаются матки тихой смены и роевые, то есть выведенные в специальных ячейках - маточниках - из яичек, отложенных именно для этой цели. Несколько хуже считаются матки свищевые, выведенные из яичек, первоначально отложенных для воспитания рабочих пчёл (в случае внезапной потери старой матки). Однако окончательной ясности в этом вопросе пока не существует, поскольку данное мнение (слабость свищевых маток) поддерживается не всеми авторитетными исследователями.

      И есть ещё один тип пчелиных маток - это выведенные искусственно. Именно таких маток мы, как правило, и получаем, покупая пчелопакеты в специализированных питомниках. У таких маток есть большой плюс - это их чистопородность. Разумеется, если работники питомника чётко следуют соответствующим правилам и инструкциям. Но есть и большой минус - это признаваемая большинством специалистов слабость искусственно выведенных маток по сравнению с настоящими, природными. Ведь подобные матки являются, по своей сути, теми же свищевыми, только выведенными при участии человека. А здесь есть определённое количество технологических тонкостей и нюансов, обнаружить которые нетрудно, изучая специальные инструкции. Владимир Георгиевич Кашковский, пчеловод-исследователь из Новосибирска с огромным стажем, в своей лекции рассказывает, что ему случалось получать из питомников и хороших, полноценных маток, но это было скорее исключением, чем правилом.

      Опытные пчеловоды говорят, что получение маток от высококачественной семьи тоже не является гарантией их высокого качества. Часть получается очень хорошая, часть средняя и часть ниже среднего. И приходится вести работу дальше. Методов селекционной работы существует множество, от очень простых до самых сложных. И каждый пасечник для себя решает, какие из них использовать и использовать ли вообще.

      Сколько лет может работать пчелиная матка? Как мы уже говорили, до восьми лет и, возможно, даже больше. Но самые "продуктивные" годы - это первые три. Что происходит с ней после и почему молодая пчелиная матка считается лучше "пожилой"? Здесь есть два основных момента:

      Первый момент: скорость откладки яиц. В периоды бурного развития, особенно весной, от матки требуется максимальная скорость "яйцекладки", которая исчисляется количеством отложенных яиц в сутки. Максимальная скорость, а в литературе можно найти цифры до 3.5 тысяч яиц в сутки, зависит от породы, от качества и от возраста пчелиной матки. Чем она старше, тем труднее ей достигать высокой скорости.

      Второй момент: вероятность гибели. С увеличением возраста, особенно после трёх лет, резко возрастает вероятность того, что матка "выйдет из строя", то есть утратит способность откладывать яички или просто погибнет. Как и когда это происходит? Проблемы случаются, как правило, либо зимой, особенно в случае не совсем качественной зимовки, либо в те периоды, когда от "царицы" требуется максимальное напряжение сил. То есть во время наращивания семьи - весной и в конце лета. Соответственно, есть три основных "сценария" развития событий:

      1. Если пчелиная матка погибла зимой, то вероятность гибели всей семьи также резко возрастает, поскольку пчёлки начинают беспокоиться и потреблять больше мёда, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Но даже если такая семья доживает до весны, то в природе она всё равно обречена, поскольку вывести новую матку уже не имеет возможности. В условиях пасеки опытный пчеловод может её "исправить", дав новую матку или сот со свежеотложенными яичками из другого улья. Расширив стандартную ячейку, пчёлки из свежеотложенных (возрастом до трёх суток) яичек выводят новую (свищевую) матку.

      2. Если пчелиная матка погибла весной, после начала яйцекладки, то это не так критично - пчёлки самостоятельно выведут свищевую, и семья сохранится, хотя и значительно потеряет в развитии.

      3. В случае, когда гибель приходится на конец лета, шансов у семьи выжить, опять-таки, практически нет. Почему? Потому, что пока созреет новая матка, пока она облетится, пока начнёт яйцекладку, пройдёт около месяца, и время осеннего наращивания будет упущено. Летние пчёлки, поработавшие на главном взятке, постепенно "отойдут", а новые не народятся. Такая семья к осени слабеет, и пережить зиму, даже при наличии хороших медовых запасов, уже не может. Есть и другая проблема, связанная с утратой матки в конце лета - это пчелиное воровство. В конце лета у семьи без плодной матки шансы подвергнуться пчелиному нападу чрезвычайно велики.

      Есть ли другие варианты развития событий при старении матки? Конечно! Это тихая смена и роение.

      Тихую смену матки пчёлы производят сами, когда семья чувствует, что "царица" стареет и со своей задачей - откладкой яичек - справляется плохо. Информация о неблагополучии передаётся по улью с запахом специальной жидкости, которую выделяет плодная матка и которая постоянно распределяется между всеми пчёлами. Эта жидкость содержит информацию о состоянии матки и придаёт каждой семье свой специфический запах. "Приняв решение" провести тихую смену, семья закладывает несколько маточников для вывода новой матки. Молодая матка в положенный срок созревает, облётывается и приступает к работе, и семья исправляется.

      Второй вариант - роение. Так устроено, что, чем старше матка, тем больше вероятность перехода семьи в роевое состояние. Старая матка уходит с первым роем, оставляя запечатанные маточники, и оставшаяся в улье семья обновляется. О роении мы поговорим чуть позже, а пока сделаем выводы: что из всей этой информации следует?

      То, что "ключевой фигурой" в пчелиной семье является матка, и что в природе обновление маток происходит постоянно. Главным механизмом обновления служит роение, второстепенным - тихая смена. И, что интересно, эти механизмы могут совмещаться. По сведениям некоторых авторов, тихая смена довольно часто происходит в роях-перваках после того, как они обустроились на новом месте и начался главный взяток.

      А что же происходит на промышленных пасеках, где пчеловоды делают всё возможное, чтобы предотвратить роение? Очень просто! Обновлением маток занимаются сами хозяева пасек. В этом и состоит одна из главных заповедей успешного производства мёда: менять всех маток каждый год, максимум раз в два года. Поэтому смена маток - важнейшая забота пчеловода-промышленника, и здесь у каждого имеются свои методы и маленькие хитрости. Однако на общепринятых технологиях получения новых маток и замены ими старых мы останавливаться не будем, поскольку этому вопросу посвящено достаточное количество специальной литературы. Наша задача состоит в том, чтобы постараться понять, что же делать нам, "естественникам"? Но перед тем, как перейти к этому вопросу, поговорим немного о жизненных ритмах пчелиной семьи, в которых возраст "царицы" играет едва ли не основную роль.

      Жизненные ритмы пчелиной семьи

      Представим себе пчелиную матку, как она ходит по сотам в сопровождении свиты и неустанно - днём и ночью - откладывает яички. Через 21 день (срок созревания рабочей пчелы) из каждого яичка получится новая молодая труженица, готовая всю свою жизнь посвятить работе на благо своей пчелиной семьи. Проживёт она летом в среднем 40 дней, после чего ей на смену придёт новая, приняв на себя эстафету беззаветного служения. Итого за лето сменяется 5-6 поколений пчёл, то есть столько раз полностью обновляется рабочее население улья. Положим, пчелиная матка долгое время сохраняет "темп яйцекладки" в 2.5 тысячи яичек в сутки. Это значит, что каждый день в улье будут рождаться 2.5 тысячи молодых пчёлок и столько же гибнуть от старости. В реальности пчёлки гибнут не от старости, а изнашиваются на работе, поэтому в дождливую погоду, когда время полётов резко сокращается, они могут жить значительно дольше, а во время бурного взятка - несколько меньше. А пчёлки осенней генерации (рождённые перед началом зимы) проживут, не летая за взятком и не выкармливая расплод, полгода и больше.

      Умножив продуктивность матки (2.5 тыс. яичек в сутки) на средний срок жизни отдельной пчёлки (40 дней) мы получим очень приблизительную цифру "населения" улья - 100 тысяч пчёлок. Если пчелиная матка снизит яйцекладку, то через некоторое время количество пчёлок в семье пойдёт вниз. Если прекратит совсем, то примерно через два месяца (21 день - созревание последних отложенных яичек плюс 40 дней - срок жизни рабочей пчелы) "население" улья сойдёт на нет. Профессионал здесь может меня поправить, и будет совершенно прав - в семьях без маток рабочие пчёлы живут, как правило, дольше. Но общей картины это не меняет. Из приведённых цифр и следует вся "арифметика" жизни пчелиной семьи. У сильной матки будет мощная многочисленная семья, у слабой, неспособной откладывать много яичек - слабая и малопродуктивная. Плюс наследственность: у пчелиной матки, несущей качественные гены, и сами пчёлки будут более здоровыми и активными.

      Как образуется в естественных условиях новая пчелиная семья? В результате роения. На практике выходит, что самыми сильными являются перваки (первые рои со старыми матками). У них все преимущества - они самые ранние (всё лето впереди!) и самые мощные по количеству пчелы. Плюс к этому, старая матка, которая выходит с перваком, не нуждается в облёте и на новом месте сразу активно "включается в работу". Поэтому перваки хорошо отстраиваются на новом месте и, как правило, дают сколько-нибудь товарного мёда. Но старая матка является одновременно и главным недостатком первака. Хорошо, если она двухлетка (то есть "родилась" в предыдущем сезоне). А если трёхлетка или более? Тогда ситуация усложняется, поскольку резко возрастает вероятность того, что она не выдержит осеннего наращивания или погибнет зимой. Именно поэтому нередко бывает, что отличный первак, хорошо поработавший летом и набравший достаточно мёда, до осени не доживает или не выходит из зимовки.

      Совсем другая ситуация бывает со вторым, третьим или последующим роем. Все следующие за перваком рои выходят с молодыми матками. В этом их преимущество и одновременно недостаток. Недостаток потому, что молодой матке, чтобы начать откладывать яички, необходимо "облететься", то есть несколько раз вылететь из улья для встречи с мужскими особями - трутнями. В это время она может погибнуть, или по какой-то причине не вернуться в свой улей. Кроме того, молодая матка может оказаться "бракованной", то есть бесплодной, или иметь какие-то наследственные нарушения. Поэтому из отдельно "осаженных" роёв с молодыми матками некоторая часть (по разным сведениям что-то около 10 процентов) до осени не доживает. Если, конечно, пчеловод не проверит их и вовремя не исправит. "Дикая" природа, кстати, для подобной ситуации имеет своё решение. В условиях роевой свободы (когда рои никто не караулит) в такую проблемную семью может залететь ещё один рой, узнав по запаху, что своей матки здесь нет. У меня один раз такой случай был.

      В чём преимущество роя с молодой маткой? В том, что если он нормально отстраивает своё гнездо и благополучно проводит зиму, то следующие два года, с почти стопроцентной гарантией, это будет сильная и "медистая" семья. Именно такие семьи с матками, "родившимися" прошлым или позапрошлым летом, и составляют основу пасеки. Это не только роевые семьи, но и семьи отроившиеся, то есть оставшиеся в улье. Они, кстати, имеют ряд преимуществ перед роями. Ведь в отроившейся семье, кроме молодой матки, остаётся хороший запас мёда, отстроенных сотов и расплода, оставленного старой маткой.

      А что происходит дальше? Ситуация вновь повторяется, возвращая всё на круги своя. Матки стареют, и каждая молодая семья по прошествии времени может либо перейти в ройку, либо произвести тихую смену матки, либо погибнуть.

      Гибель пчелиных семей

      Гибель пчелиных семей - очень грустная тема, пройти мимо которой вряд ли удалось хотя бы одному пчеловоду. Чисто теоретически уберечь семьи от гибели вроде бы возможно, если каждый год во всех семьях менять маток, аккуратно пролечивать от всех заболеваний и заносить на зиму в хороший зимовник. Есть пчеловоды, которые всё это делают, но и они периодически сталкиваются с разного рода неожиданностями, такими, как очень неудачный год, эпидемия нового заболевания или чем-то ещё в этом роде. И пасеку снова приходится восстанавливать.

      Если бы пчелиные семьи не гибли, то их количество в мире постоянно бы увеличивалось. Ведь большинство пчеловодов, так или иначе, размножением пчёл занимается - осаживает рои, делят семьи, делают отводки. Добавим к этому работу специализированных хозяйств (питомников). Однако количество пчелосемей в мире падает, а это значит, что каждый год их гибнет в среднем даже больше, чем образуется. И успешный опыт, когда пчеловод и пасеку свою поддерживает, и лишние семьи продаёт - это скорее счастливое исключение, чем обычная ситуация. К очень большому сожалению. Разобраться в причинах этого - хорошая задача.

      А как обстояли дела в первозданной, нетронутой человеком, природе? Как это ни странно, но примерно так же. Разница только в том, что количество пчелосемей будет увеличиваться до тех пор, пока они не займут всю свою экологическую нишу. Но, какой бы богатой она ни была, количество пчёл не может расти бесконечно. А это значит, что после установления равновесия в любой местности "лишние" семьи опять-таки будут гибнуть, поскольку каждый год образуются новые. Инстинкт роения ведь не остановишь. В чём смысл столь суровых законов?

      Давайте порассуждаем. Самый жёсткий для пчёл случай - это когда гибель происходит зимой. Но, как уже говорилось, это означает, что пчелиная семья не смогла к зиме достаточно хорошо подготовиться или не справилась с болезнями, которые в это время года проявляются сильнее всего. Зачем тогда этой семье "позволять" иметь потомство? "Летняя" гибель происходит, как правило, по гораздо более мягкому сценарию. По сути дела, в тёплое время года гибнет одна только пчелиная матка, а остальное "население" улья в большинстве случаев благополучно переселяется в другие семьи. Происходит обычно это так: почувствовав, что в какой-либо семье не всё в порядке, пчёлы из других ульев "ломают оборону" и начинают растаскивать её запасы. "Увидев", что помешать этому уже невозможно, пчёлки из неблагополучной семьи сами присоединяются к воровкам, и, принеся взяток в чужой улей, в нём же и остаются. В данном случае смысл гибели очень простой - естественный отбор. Выживает семья с сильной, работоспособной маткой. То же самое происходит и в условиях недостатка нектара (или, то же самое, избытка пчелосемей), когда имеет больше шансов обеспечить себя зимними запасами мёда и остаться в живых опять-таки более сильная и активная семья.

      Другим "смыслом" гибели пчелосемей в природе является периодическая дезинфекция и освобождение пчелиных домиков - дупел деревьев. После гибели семьи оставшиеся в дупле старые почерневшие соты с накопившимися в них возбудителями заболеваний уничтожаются восковой молью и всевозможными обитателями леса. После чего очищенное дупло опять становится готовым к приёму новых трудолюбивых обитателей.

      Итак, два основных "смысла" гибели пчёл в природе - естественный отбор и обновление гнёзд с одновременной дезинфекцией. Природа выполняет свои задачи, более глобальные по сравнению с сохранением одной единственной пчелосемьи. Эти задачи - опыление растений, поддержание равновесия и сохранение пчелиного Рода на тысячи и миллионы лет вперёд.

      А какие задачи решать нам, пчеловодам? Это вопрос хороший, и попробовать найти ответ на него - задача всей нашей жизни, а не только этой небольшой статьи. Но пока вернёмся к теме гибели пчелосемей, а точнее, к вопросу, что же нам со всем этим делать? Здесь я вижу несколько вариантов.

      Разные подходы в естественном пчеловодстве

      Вариант первый: "естественное" естественное пчеловодство. Это значит: осаживаем все рои отдельно, пчелиных маток не меняем, слабым семьям не помогаем. То есть, оставляем всё, как есть. Но при этом, разумеется, выполняем все положенные в течение года операции. Примерно так держит пчёл Владимир Дмитриевич - пожилой и очень опытный пчеловод из рязанской области, удивительный человек и убеждённый приверженец среднерусской пчелы. Он честно рассказывает, что на его пасеке (а это больше 120-ти пчелосемей) каждую весну и осень часть семей гибнет и разворовывается. В разные годы по-разному - от десяти пчелосемей и больше. Но это для него не беда. Часть самых сильных и благополучных семей каждую весну он переводит в роевое состояние и получает от них достаточное количество хороших ранних роёв. Искусственное размножение Владимир Дмитриевич не применяет принципиально, следуя естественному, природному механизму. Пасеку он принял от своего отца, а тот от своего. Вот только породу дедовских пчёл сохранить в чистоте не удалось - в окрестных хозяйствах каких только пчёл не перебывало, начиная от итальянок и заканчивая карпаткой. Пасека Дмитрича даёт доход не только мёдом, ни и семьями - каждую весну часть пчелосемей идёт в продажу, и так много лет и десятилетий подряд. Но это, как уже говорилось, пример не частый.

      Многие пчеловоды замечали, что, если ситуацию отпустить полностью, то есть не менять маток и не "исправлять" слабые семьи, то часть семей на пасеке будет сильными, часть средними и часть слабыми. И ещё замечено, что вероятность самостоятельного исправления слабой семьи очень мала. Речь идёт не о слабых роевых семьях прошлого года, которые, перезимовав, могут в течение весны развиться очень сильно. Мы говорим о прошлогодних семьях, которые на весенней ревизии показывают слабый расплод и в течение весны развиваются очень слабо, еле-еле "оттягивая" свежую вощину. Если к началу-середине июня такие семьи не войдут в нормальную силу, то, с очень большой вероятностью, мёда они соберут немного и осенью или зимой погибнут. Это много раз проверено на практике. Отсюда и знаменитая фраза Геннадия Петровича Кондратьева (1834-1905 гг): "В сильных семьях всё спасенье".

      На вопрос, почему в подобных семьях пчёлы не проводят тихую смену матки, мы попробуем найти ответ чуть позже, в конце этой главы. Но факт остаётся фактом - слабая семья сама по себе исправляется редко. Поэтому профессиональные пчеловоды, как правило, такие семьи никогда не оставляют, но меняют в них матку или объединяют с другими. Я в последнее время стал иногда практиковать нечто подобное. Пользуясь преимуществами конструкции лежака, в пустой отсек осаживаю какой-нибудь слабый рой с молодой маткой, и через пару недель, когда она облетится и войдёт в силу, объединяю эти семьи между собой. Это позволяет из двух семей, каждая из которых имеет весьма слабую перспективу, получить одну сильную с молодой маткой (из двух плодных маток пчёлы всегда выбирают более молодую и сильную). Эта семья и мёд товарный даст, и следующие пару лет будет хорошо работать.

      Как производится объединение? Я убираю глухие перегородки и, не трогая гнездовые рамки, пространство между двумя семьями заставляю рамочками с вощиной и сушью. Между двумя из этих рамок вставляю пластину из оцинкованного железа, вырезанную по внутреннему сечению улья. В пластине заранее насверлено множество отверстий диаметром не более 3-х миллиметров. За пару дней у двух семей устанавливается общий запах, и при объединении пчёлы не конфликтуют друг с другом. Пластину убираю поздно вечером, аккуратно вытаскивая её вверх. В это время, особенно после захода солнца, объединение семей происходит наиболее спокойно.

      Здесь возникает вполне резонный вопрос: можно ли отнести эту операцию к естественному пчеловождению? Я думаю, вполне. Ведь и в природе подобные вещи происходят, когда именно такой поздний и слабый рой залетает в "осиротевшую" семью, или когда пчёлки из погибшей семьи переселяются в молодую и сильную. Но это уже чуть сложнее, чем просто естественный подход, описанный выше. Назовём его "продвинутый" естественный подход. Плюс его заключается в том, что он позволяет избежать разочарований, связанных с гибелью пчелиных семей, и более эффективно вести своё пасечное хозяйство.

      Какие методы ещё можно отнести к такому, "продвинутому", подходу? Вероятно, объединение роёв. Практически все начинающие пчеловоды, стремясь получить как можно больше новых пчелосемей, все рои осаживают по отдельности. И все пчеловоды со стажем рои объединяют. Почему? Здесь есть несколько причин. Первая - слабая жизнеспособность поздних роёв. Считается, что килограммовый рой в начале июня это вполне нормально, в конце - уже никуда не годится. Причина заключается в том, что пока молодая матка облетится, пока войдёт в силу, пока начнёт выходить первый расплод и молодые пчёлки начнут летать за взятком, пройдёт месяца полтора. Для позднего роя это будет середина-конец августа - время, когда взятка уже практически нет. Следовательно, в эти полтора месяца все заботы о семье ложатся на пчёл, пришедших с роем, которых было не так уж много. А ведь им нужно и гнездо отстроить, и молодёжь выкормить, и зимние запасы собрать. Шансов у поздних слабых роёв с этой задачей справиться совсем немного. Поэтому подобные рои перед посадкой в новый улей объединяют по два, а то и по три. Или "подсыпают" к роям, посаженым ранее. Делается это поздно вечером, и конфликтов между пчёлами в этом случае, как правило, не происходит, поскольку поздние рои всегда выходят с молодой маткой, ещё не имеющей своего запаха, и роевым пчёлам защищать её не имеет смысла.

      Слабыми поздними роями можно, как уже говорилось, "исправлять" старые семьи или присоединять их к первакам. Рои-перваки всегда осаживают отдельно, поскольку они хорошо развиваются и, как правило, дают товарный мёд. Но если первак вышел из улья, который в прошлом году не роился, то матка в нём, соответственно, трёхлетняя или даже старше. А значит, вероятность будущих проблем не так уж мала. Поэтому с перваком можно поступить так же, как мы поступали со слабой семьёй - в свободное отделение улья осадить поздний рой и через две недели объединить. И той, и другой семье от этого будет только польза. Что касается очень поздних роёв (середина июля, к примеру), то осаживать их отдельно и объединять с такими же поздними роями и вовсе не имеет смысла. Их всегда "досыпают" к слабым роям, осаженным ранее. Природа, правда, делает исключения даже и в этих случаях - мне рассказывали истории, когда выживали и очень поздние рои, но это всё равно исключение, а не правило.

      И, раз уж мы повели речь о роях, уместно будет остановиться на некоторых технических моментах. Но перед этим завершим наши, столь же важные, сколь и увлекательные рассуждения о тихой смене матки.

      Можно предположить, что тихая смена в старых семьях природе просто не требуется. Ведь в естественной природе рой с молодой маткой, вселившийся в небольшое пустое дупло, полностью застроит его сотами всего за пару сезонов. На дупло большого размера уйдёт сезона три-четыре, но и это соизмеримо с продолжительностью жизни пчелиной "царицы" (до восьми лет). И уже после того, как дупло будут полностью застроено, в силу естественных механизмов семья перейдёт в роевое состояние. У старой матки ещё хватит сил улететь с мощным первым роем, и на новом месте (что совершенно логично!) после начала яйцекладки пчёлы поменяют её на новую. Именно здесь и будет востребован механизм тихой смены, чтобы семья на новом месте смогла хорошо перезимовать и весной продолжить своё развитие.

      Но в нашем улье мы каждый год удаляем из улья старые соты и подставляем рамочки с вощиной, постоянно сохраняя пчёлам ощущение "незастроенного дупла". Естественные механизмы роения не включаются, и в роевое состояние самопроизвольно переходит лишь небольшая часть пчелосемей (по моей практике не больше двадцати процентов). Нам вроде бы это на руку - меньше беспокойства. Но матки стареют, и часть семей постепенно теряют продуктивность и сходят на нет. Этим и объясняется картина "естественного" естественного подхода, описанная выше. Какой же выход?

      Пчеловоды-промышленники, как мы уже говорили, поступают просто - каждый год или каждые два года меняют всех маток. А что делать нам? Ответ очевидный - компенсировать те природные механизмы, которые мы сами же и устранили. Я думаю, что хорошей практикой будет все семьи с матками старше трёх лет переводить в роевое состояние. То есть если этим летом мы осадили рой с молодой маткой, то следующие два сезона он будет, с очень большой вероятностью, прекрасно работать и собирать для нас мёд (ну и для себя, разумеется!). А следующей весной, в ходе ранней весенней ревизии, убрав из семьи пустые или испорченные рамки, ограничиваем семью глухой перегородкой и подтыкаем под ней щель. В конце мая у нас будет рой-первак, а вскоре, в начале июня, и вторак. После этого отодвигаем перегородку и расширяем семью рамочками с вощиной. Перваки и втораки осаживаем отдельно, а последующие рои (если они будут) подсаживаем к слабым семьям или объединяем между собой. С роями придётся немного "побегать", но это не так уж сложно, и только один месяц в году. К тому же избыток пчелиных семей, который будет неизбежно образовываться, можно пускать в продажу. А хорошие семьи сейчас стоят недёшево!

      Роение

      Для меня роевая пора - это очень интересное, почти праздничное время. Чтобы было удобнее работать и наблюдать за пчёлами, на краю пасеки среди ульев построена специальная беседка, закрытая от проникновения пчёл со всех стон стёклами и сеткой. В ней я собираю и наващиваю рамочки, готовлю старую вощину, наблюдаю за роями. Здесь мы с друзьями часто просто сидим за чашкой чая, слушая дружный пчелиный гул и наблюдая за целыми потоками пчёл, уходящими в поле и возвращающимися обратно с грузом полезной и вкусной ноши.

      Роёв у меня много не бывает, иногда, после периода непогоды, может выйти три или четыре в день, но это очень большая редкость, обычно не больше одного-двух. Семьи, "решившие" роиться, редко когда отпускают всего один рой. Обычная "норма", по моим многолетним наблюдениям, это два-три роя. Мощный первак со старой маткой, и один-два роя поменьше, с молодыми матками. Четырёх роёв из одного улья практически не бывает.

      Какие семьи самопроизвольно переходят в роевое состояние? При прочих равных условиях (вовремя проведённая весенняя ревизия и своевременная постановка вощины) гораздо более склонны к роению семьи со старыми (от трёх лет) матками. Другое условие - какое-либо неблагополучие в семьях или перегрев на солнце, что у хорошего пасечника практически исключено. И третье условие - опоздание с расширением гнезда. Из побочных факторов, влияющих на роение, я бы назвал направление летка. Если улей находится в полной тени, то направление летка значительного влияния не оказывает. Если же улей стоит на солнце, то направление на юг, безусловно, провоцирует переход в роевое состояние. Поэтому свои ульи в последнее время я располагаю летками на восток, чтобы в первой половине дня на них попадал солнечный свет, а в самое жаркое, послеполуденное время, они оставались в тени. Некоторые серьёзные исследователи и вовсе рекомендуют располагать ульи летками на север. Но этот совет, как мне представляется, применим больше к южным районам.

      Естественного роения вполне достаточно для того, чтобы поддерживать пасеку в "рабочем" состоянии и даже потихоньку расширять её. Именно так в течение многих лет я и вёл своё хозяйство. Но сейчас, осмыслив предыдущий опыт, склоняюсь к схеме, описанной выше. У этого метода, когда старые семьи искусственно понуждаются к роению, есть ещё одно преимущество. Рои получаются более ранние, чем в случае естественного роения, и имеют больше времени для развития и сбора запасов на зиму. Отроившиеся семьи также успевают хорошо восстановиться и даже, как и перваки, собрать сколько-то товарного мёда. Если мы хотим резко расширить пасеку или заняться производством пчелосемей на продажу, то можно перевести в роевое состояние и семьи с трёхлетними матками. Но с более молодыми, двухлетними (рои прошлого года), я бы этого делать не стал, поскольку такие семьи даже при отсутствии свободного пространства в улье роятся не очень охотно.

      Пчеловоды знают, что если семья перешла в роевое состояние, то много мёда от неё не жди. Вся энергия уходит на размножение, и пчеловоду иногда даже приходится "тратиться" на мёд, чтобы помочь молодой семье выжить. Поэтому в старое время пчелиное хозяйство подразделяли на "роевое" и "медовое", то есть направленное на производство новых семей или мёда. Их особенности и отличия хорошо описаны в книге И.С. Кулланды "Народная пчела" (1882 год, стр.32). Как мне представляется, в ближайшие десятилетия грамотное "роевое" хозяйство, особенно с качественными местными пчёлами, будет пользоваться большим успехом. Итак, в роевое время, то есть с конца мая по конец июня, я всё время держу наготове две-три роевни, дымарь, мягкую щёточку для сметания пчёл, большой деревянный черпак, если придётся собирать пчёл совсем уж в неудобном месте, и одежду пчеловода - куртку, маску и перчатки. Караулить рои, постоянно находясь на пасеке, нет необходимости. С расстояния 50 метров и даже больше пропустить рой практически невозможно, поскольку, выходя из улья, пчёлы большой гудящей тучей минут 5-10 носятся над пасекой перед тем, как начать собираться на ветке дерева, соседнем улье или любом другом подходящем месте. Люди с хорошим слухом безошибочно различают выходящий рой по звуку, поскольку гудение пчёл в этот момент имеет свой, совершенно неповторимый оттенок.

      Снятие роя состоит из двух этапов. Сначала, удобно подставив роевню, "стряхиваем" в неё рой, стараясь, чтобы в ней оказалась основная масса пчёл с маткой, которая находится всегда в самой гуще. После этого роевню закрываем и устанавливаем (подвешиваем) как можно ближе к тому месту, где располагался рой. Следующий этап заключается в том, что, слегка приоткрыв роевню, мы собираем в неё пчёл, оставшихся снаружи. Если пчелиная матка оказалась внутри роевни, то нам остаётся лишь сгонять пчёл при помощи дымаря и мягкой щётки со всех мест, где они скапливаются - на земле, на ветках или на внешней поверхности самой роевни. Поднявшись в воздух, пчёлки постепенно залетают внутрь роевни, поближе к рою и к своей матке. Здесь может пригодиться и деревянный черпак, которым удобно аккуратно "зачерпнуть" пчёлок и забросить прямо в роевню. Пчёлы у меня среднерусские, поэтому всю работу я делаю в маске и перчатках (на всякий случай), но опасаться пчёл в это время не стоит - находящиеся в роевой горячке, с максимальным запасом мёда в зобике, пчёлки в это время почти не нападают. За снятием роя с расстояния метров в пять-шесть часто наблюдают дети или гости, обычно даже без специальных курток и масок.

      Снятие роя представляет собой своего рода искусство, поскольку условия раз на раз не приходятся. Иногда рой садится настолько удобно, что достаточно просто стряхнуть его в роевню и закрыть крышку, иногда облепит ствол толстого дерева или вовсе плюхнется на землю, ставя перед пчеловодом весьма непростую задачу. Но всегда разрешимую! Я не знаю человека, который, при желании, не научился бы этому искусству и не испытал огромного восторга от первого, собранного собственноручно, роя! Со временем это чувство притупляется, но не исчезает совсем, поскольку общение с живой природой, взаимодействие с только что рождённым, разумным и удивительным организмом, воздействует не на разум, но гораздо глубже...

      Итак, рой собран и закрыт в роевне. В некоторых случаях (ранние рои-перваки) пчеловоды рекомендуют сразу заселять его в новый улей. Но я всегда оставляю эту операцию на вечер, а до этого времени выдерживаю рой в тёмном, прохладном месте. Вечер - это примерно с шести до восьми часов. Перед посадкой готовлю улей. На слабый рой ставлю шесть высоких рамок, на средний (до 2.5 килограммов) восемь, и на сильный - все двенадцать. Рамки замыкаю перегородкой, а под перегородкой временно, на несколько дней, затыкаю щель, соединяющую подготовленное для роя пространство с пустой частью улья. Было пару случаев, когда рой, следуя каким-то своим соображениям, переходил в пустой отсек и начинал обустраиваться в нём как в дупле, то есть оттягивая соты прямо от потолка.

      Считается, что очень ранним и очень поздним роям нужно ставить побольше суши, а рои, вышедшие в разгар роевой поры, можно "осаживать" на чистую вощину. Но лично я и в последнем случае ставлю хотя бы одну рамочку с полноценной, хорошей сушью. Делается это для того, чтобы у пчёлок сразу было место для складывания нектара, а у матки, особенно плодной, для откладки яичек. Да и рой охотнее принимает новое жилище, если в нём есть немного отстроенных сотов. И самые заботливые пчеловоды дают каждому осаженному рою хотя бы килограмма два мёда. "Ни один мёд так не окупается, как тот, которым подкармливают рои", - эта фраза принадлежит немецкому пчеловоду Эренфельцу. Для чего это делается? Чтобы дать хороший старт молодой семье. Ведь куда лучше дать килограмм мёда в начале лета, чтобы помочь семье войти в силу, чем дать тот же килограмм осенью, когда обнаружится, что запасов на зиму не хватает.

      Вообще бросать "осаженные" рои на произвол судьбы не следует. Если лето хорошее, то проблем никаких не будет, пчёлки всё сделают сами. Но если после посадки роя стоит жара и сушь, или, наоборот, зарядили дожди, то где пчёлкам брать нектар? Старая семья продержится в это время запасами, сделанными весной, а у молодой запасов никаких, кроме захваченных с собой из старого улья. А их хватает на несколько дней, не больше.

      Сама посадка роя дело нехитрое. К летку, под небольшим наклоном (чтобы пчёлкам приходилось идти вверх) ставится лист фанеры, и на него, поближе к летку, аккуратно вытряхиваются из роевни пчёлы. Если нам нужно объединить два роя, то сначала высыпаем один, и, когда пчёлки дружно побегут внутрь улья, досыпаем к нему второй. В 95-ти процентах случаев все пчёлы спокойно заходят в улей и начинают в нём обживаться. Пять процентов - это "строптивцы", в основном из поздних роёв с молодыми матками. Они могут к утру собраться в "бороду" под прилётной доской или осесть на соседнем деревце, чтобы попытаться продолжить задуманное путешествие. Я их снимаю ещё раз и, снова выдержав до вечера, осаживаю уже в другой улей, иногда используя иные, более жёсткие методы. Например, вытряхиваю рой прямо в улей, быстро ставлю сверху рамочки и закрываю. Обычно помогает. В общем, и в работе с роями присутствует некоторый элемент творчества, необходимость решать разного рода "внештатные" ситуации, действовать по обстоятельствам. И это придаёт занятию пчёлами ещё больше живости и интереса.

      Большинство профессиональных пчеловодов-промышленников роение не жалуют, всеми силами стараясь от него избавиться. И действительно, чем целый месяц караулить рои, снимать их и осаживать по ульям, не проще ли за один день сделать сколько нужно отводков и больше к теме размножения не возвращаться? Конечно же, проще! Но вспомним слова Рудольфа Штайнера на его лекции о пчёлах в 1923 года в Дорнахе, Германия: "Надо только захотеть, и станет видно, как то, что на коротком этапе кажется очень благоприятным, может впоследствии оказаться таким, что мало-помалу приведёт к гибели всего дела". В лекции речь шла об искусственных методах оплодотворения пчелиных маток, но и в нашем случае эта цитата совершенно уместна.

      Так в чём же состоят минусы искусственных методов размножения пчелиных семей? Аргументированно ответить на этот вопрос трудно, поскольку серьёзных исследований этой темы я до сих пор не встречал, и все доводы могут показаться надуманными и субъективными. И всё же я приведу несколько.

      1. Количество яичек, которые откладывает пчелиная матка в сутки, зависит не только от её плодовитости, но и от способности семьи обогреть и выкормить расплод. Поэтому в пчелиной семье в каждый момент времени существует тонкое равновесие между количеством расплода, количеством лётных пчел и пчёл-кормилиц, запасами мёда и перги в улье и взятком в природе. При искусственном размножении (делении семьи на две или несколько) это равновесие неизбежно нарушается, и пчёлкам приходится тратить много усилий и времени на то, чтобы его выровнять. Вероятно, поэтому часто бывает, что "отводки" приходят в нормальное состояние только на следующий год после того, как их сделали.

      2. Неизбежное изменение микроклимата в гнезде, связанное с делением её на две или более частей и с неравномерным распределением в них пчёл. И наиболее частое следствие этого - вспышка заболеваний, таких, как аскосфероз.

      3. Дезориентация пчелиной семьи как цельной разумной сущности.

      4. Постепенная деградация способности к нормальному естественному размножению.

      Полностью избежать этих проблем можно только при размножении роями. В этом случае семья сама выбирает подходящий момент, "решает", сколько пчелы и какого состава отправить с роем из улья, как обустраиваться и обзаводиться расплодом на новом месте.

      Качество отводков, разумеется, в сильнейшей степени зависит от мастерства пчеловода, который их делает. И всё же, по моему личному опыту, благополучно перезимовавшая слабая роевая семья развивается гораздо более интенсивно, чем приобретённый весной пчелопакет (отводок) той же силы. И если рассматривать долгосрочную перспективу развития пчеловодства, то есть на много столетий и тысячелетий вперёд, то искусственное размножение вряд ли способно сыграть здесь позитивную роль. И, наоборот, размножение пчелосемей роями поможет сохранить нормальное жизнеспособное "пчелиное племя" для наших далёких потомков.

      Здесь у многих читателей может появиться совершенно справедливый вопрос. Описанная выше процедура - дежурство на пасеке и отслеживание роёв - применима к большой пасеке, хозяину которой сам Бог велел хотя бы один месяц в году полностью отдать своим питомцам. Но если у вас всего несколько ульев, и необходимо по работе или другим делам покидать пчёл в самое роевое время? Как в этом случае омолаживать и поддерживать пасеку? Ответ простой: иметь побольше ловушек. О том, как снаряжать ловушки и обращаться с ними, подробно написано в первой книге, и повторяться не имеет смысла. Но это, насколько я вижу, хороший эффективный способ поддерживать пасеку, имея возможность бывать на ней лишь наездами. Я и сам каждую весну обязательно развешиваю несколько ловушек в перелеске рядом с пасекой, а также "снаряжаю" для поимки бродячих роёв все пустые ульи. То есть ставлю в них вперемешку рамки с вощиной и имеющейся "под рукой" сушью, в основном старой и не очень качественной. Бывало, что в такие ульи заселялись рои с моей же пасеки, прямиком направившись в них из старого улья. В нарушение классической теории роения...

      И ещё. При покупке пчёл в питомнике лично я не советовал бы сразу, в первый же год, ждать от них хорошей "прибыли". Даже на второй год ситуация остаётся под вопросом, поскольку всё зависит от возраста и качества полученной с пчелопакетом матки. Настоящие, сильные и дающие прибыль семьи получаются уже потом, когда из покупной семьи выйдут рои с молодыми матками и успешно проведут свою первую зиму. Именно они составят основу вашей будущей пасеки. Кстати сказать, и бывший пчелопакет, после выхода из него роя и успешной зимовки, как правило, становится сильной, медистой семьёй.

      Те же принципы можно применить и к продаже пчелосемей, если вы решили заняться этим полезным делом. Продавать рои, с точки зрения большинства пасечников, это занятие не вполне корректное. Дело в том, что матка в рое может оказаться бракованной, или, после посадки в новый улей, она может не вернуться с облёта, или же молодая семья может по какой-то причине погибнуть зимой. В любом случае человеку, купившему у вас рой, будет обидно за потраченные средства и усилия. Поэтому будет гораздо "правильнее" осадить рой с молодой пчелиной маткой у себя, и продавать его уже весной как готовую полноценную пчелиную семью. В этом случае и у вас будет совесть спокойна, и у того, кто её купит, заведомо не будет никаких проблем. Такая семья и стоить, правда, будет дороже. Ведь в цену должны войти и рамочки с вощиной и сушью, и заботы пчеловода, и гарантия её полноценности. К тому же объём даже не очень большой семьи весной (семь-восемь высоких рамок) в два-три раза превышает объём стандартного пчелопакета (четыре дадановских рамки). Однако в первое же лето такая полноценная семья полностью окупится собранным мёдом, с очень большой гарантией нормально перезимует и в следующем году отработает не хуже или, при вашем желании, даст несколько хороших роёв. Пасека станет развиваться дальше, а нам самое время перейти к следующей большой теме - операциям, которые необходимо проводить с ульем-лежаком на высокую рамку в течение года. Но перед тем, как приступить к описанию самой первой из них - весенней ревизии, нам необходимо сделать одно небольшое, но совершенно необходимое отступление. Касаться оно будет такого важного элемента конструкции улья, как леток.

      Леток улья

      В первых "моделях" своих лежаков я делал летки ровно так, как рекомендовано в большинстве руководств по самостоятельному изготовлению ульев, то есть один, щелевой, возле дна и второй, круглый, приблизительно посередине высоты передней стенки. Но за этим последовали годы экспериментов, наблюдений и разговоров с опытными пчеловодами. И вот на чём остановился:

      1. В настоящее время делаю леток только один, щелевой, длиной во всю переднюю панель улья. Открытой оставляю только часть, 15-25 сантиметров, напротив того места, где располагаются гнездовые рамки пчелиной семьи. Оставшуюся часть затыкаю полоской джута (рулонный утеплитель, используемый в строительстве из брёвен и бруса), сворачивая её в небольшой жгут. Но можно использовать и любой другой подручный материал. Зачем делать леток во всю переднюю панель? Он необходим при разноплановом использовании преимуществ улья-лежака, а именно при временном содержания в улье двух семей, при перемещении гнездовой части и в ряде других случаев.

      2. Высота летка 12-13 мм, то есть чуть шире, чем делал раньше (8-10 мм), что даёт возможность пчёлкам ходить и сверху, и снизу, не мешая друг другу. Особенно это востребованно во время сильного взятка, когда по верхней плоскости (спинкой вниз) пчёлки обычно выходят из улья, отправляясь в полёт за взятком, а нижнюю плоскость используют при возвращении обратно. То есть небольшое расширение летка позволило значительно увеличить его возможности.
      3. В последних "моделях" улья, следуя советам некоторых опытных пчеловодов, я приподнял леток над днищем. При наличии большого подрамочного пространства (12-15 сантиметров), его можно расположить прямо под нижним бруском рамочек (47 сантиметров от потолка улья) или чуть выше. При отсутствии такого пространства (внутренняя высота улья 50 сантиметров) располагаю леток в 40-ка сантиметрах от верха рамок (потолка улья).

        Поднятый над днищем леток даёт несколько преимуществ:

        • Отпадает необходимость в прилётной доске, поскольку этой цели начинает служить передняя стенка улья (ниже летка остаётся более 10-ти сантиметров);

        • Пропадает опасность забивания летка зимой снегом и пчелиным подмором;

        • С точки зрения ряда специалистов, поднятый над днищем леток помогает семье самостоятельно излечиваться от клещевых заболеваний, поскольку пчёлки гораздо меньше ползают по дну и не приходят в контакт с упавшими вниз клещами.

      4. При проведении различных мероприятий с пчелиными семьями (в основном относящихся к категории "продвинутого" естественного пчеловодства) в течение сезона приходится леток "перемещать", то есть открывать его в одном месте и затыкать в другом. За исключением этих случаев, ширину летка в течение года не регулирую, как это делал поначалу (летом расширял, к зиме сокращал, а во время активного пчелиного воровства, как это обычно советуют, оставлял проход только на одну-две пчелы). Теперь всю эту суету убрал полностью и держу леток открытым приблизительно на 15-25 сантиметров круглый год. В разгар жары и летнего взятка открываю продухи, расположенные на задней стенке улья внизу (см. чертежи и описание улья), обеспечивая пчёлкам придонную вентиляцию. Перед зимой о летке не забочусь - сильная семья оставит его полностью открытым, а семья послабее частично заделает прополисом. Что касается воровства, то при наличии всего одного летка пчёлки охраняют его более эффективно, чем когда летков два или больше. К тому же, как выяснил из литературы и нашёл этому подтверждение на своей пасеке, при наличии хорошей плодной матки даже в слабой семье вероятность разворовывания очень мала, и, наоборот, если семья сильная, а матка в ней работает еле-еле или вовсе погибла, то семья практически обречена. Разведчицы из других ульев легко обнаружат её, а свои пчёлки хорошо оборонять не станут.

      Таким образом, имея в конструкции улья один леток во всю длину передней стенки, мы получаем в своё распоряжение интересную возможность управления жизнью пчелиной семьи. Метод очень простой - перемещения открытой части летка. Здесь мы используем один из законов жизни пчелиной семьи, а именно то, что летом матка предпочитает работать (откладывать яички) на сотах, расположенных ближе к летку, и, напротив, рабочие пчёлы предпочитают складывать нектар подальше от летка. В зиму пчелиный клуб имеет тенденцию собираться вблизи и чуть выше летка. Поэтому, перемещая открытую часть летка, мы можем в определённых пределах мягко управлять жизнью пчелиной семьи. На её и на наше благо!

      Весенняя ревизия пчелиных семей

      В нашей широте (Калужская область, 140 километров к юго-востоку от Москвы) конец зимы - это приблизительно середина-конец марта, когда ещё лежит снег, но уже и пригревает солнышко, образуя небольшие проталины и весело журчащие чистые ручейки. В один из таких, достаточно тёплых, солнечных и безветренных дней, пчёлки начинают потихоньку высовываться из улья. Это ещё не весенний облёт, а некая "разведка", когда одиночные особи выходят на переднюю стенку улья и стремительно срываются в воздух, совершая свой первый короткий исследовательский полёт. Настоящий облёт будет чуть позже и может произойти массово в один день, а может занять и больше недели.

      Смысл весеннего облёта - очищение кишечника. В течение долгих зимних месяцев пчёлки питаются мёдом и, не имея возможности вылететь из улья, консервируют отходы в своём кишечнике. С учётом того, что к весне масса отходов может составить до половины массы самой пчелы, становится понятным, почему при первой возможности пчёлки стараются хоть совсем ненадолго, но вылететь наружу.

      Дружный массовый весенний облёт для пчеловода всегда праздник! Это и начало нового сезона, и свидетельство того, что с пчелиными семьями всё в порядке. Однако я на своей пасеке не раз замечал, что проводить прямую зависимость между массовостью облёта и силой семьи не стоит. Бывает, что благополучные семьи с облётом совсем не торопятся и совершают его в самые поздние сроки. Это легко объяснимо - в сильной семье каждая отдельная пчёлка за зиму съедает значительно меньше мёда, чем в слабой, и, если медовые запасы были качественными, и в улье нет сырости, то и крайней нужды в срочном вылете не будет. И наоборот, если после раннего облёта на стенках улья в большом количестве остаются тёмные пятнышки, это говорит о крайне переполненном кишечнике или порче его содержимого в результате развития патогенной микрофлоры, в том числе вызывающей нозематоз. Такую семью необходимо взять на заметку, поскольку с ней могут быть проблемы и в дальнейшем.

      С крайней ситуацией - когда пчелиная семья не облётывается вовсе - мне в своей практике также приходилось сталкиваться, причём неоднократно. То есть вся пасека облётывается, а часть ульев ведут себя так, как будто пчёл в них совсем нет. Но приблизишь ухо к летку и слегка стукнешь по корпусу - раздаётся дружный, быстро стихающий гул. Значит, с семьёй всё в порядке. Скорее всего (это моё предположение), это были случаи зимовки, приближенной к "идеальной". То есть у пчёлок к концу зимы не возникало критического наполнения кишечника, и они освобождали его, просто начиная работать на первом взятке.

      Самый первый ощутимый взяток у нас начинается приблизительно в середине апреля. Главным медоносом в это время является ива, которая начинает цвести уже в то время, когда кое-где в густом лесу и на северных склонах ещё можно увидеть остатки снега. Ива цветёт обильно и долго, с учётом сдвига сроков в зависимости от расположения отдельных деревьев - на открытых солнечных полянах или в тенистой речной пойме. Почти одновременно с ивой появляется ряд первоцветов, таких, как мать-и-мачеха, а чуть позже - лещина и клён. Первый весенний взяток имеет для пчелиной семьи особенное значение, поскольку помогает оправиться после зимовки и приступить к первому периоду грядущего сезона - весеннему развитию.

      Весна - время ревизии пчелиных семей, единственный раз в году, когда я разбираю и осматриваю гнездо. И здесь есть два варианта, принципиально отличающихся друг от друга. Первый вариант - "поздняя" весенняя ревизия с одновременным расширением тремя-четырьмя рамочками вощины - подробно описан в первой книге. Провожу её в период с начала до середины мая, но никак не позже. До этого времени ограничиваюсь лишь внешним осмотром: если семья дружно работает, пчёлки носят "обножку", и в улье имеется необходимый запас мёда, то до ревизии в него не заглядываю. Как определяю наличие мёда? Пробуя улей "на вес". Для этого берусь за тот край, в котором располагается семья, и чуть-чуть приподнимаю. Своим гостям, которые случаются в это время, я предлагаю поучаствовать в этой процедуре. И любой человек, "попробовав" сначала улей без пчёл, а после этого с пчёлами, сразу определяет, есть ли в нём мёдовый запас и приблизительно какой. Поскольку мёда в зиму я всегда стараюсь оставить с небольшим избытком, то есть не меньше 25 килограммов, то на весну килограммов 10 в каждой семье остаётся, и беспокоиться не о чем. Но если улей кажется слишком лёгким, что говорит о критичности ситуации (обычно это слабые роевые семьи прошлого сезона), то даю мёд в кормушке или подставляю хорошую медовую рамочку.

      Второй вариант весенней ревизии, который я начал применять в последние пару лет, и который мне представляется весьма перспективным - это "ранняя весенняя ревизия". Чем она отличается от поздней? Во-первых, сроками проведения. Раннюю ревизию можно проводить в первые же тёплые солнечные дни, которые у нас всякий год случаются в начале апреля. То есть практически сразу после массового очистительного облёта. Второе отличие - перемещение гнездовой части. Если семья зимовала в центре улья (об этом чуть позже), то передвигаю её к одной из торцевых стенок, если зимовала вплотную к торцевой стенке, то перемещаю её к противоположной. Для этого пускаю несколько клубов дыма в леток и, открыв крышку улья, вынимаю перегородку и начинаю одна за другой осматривать рамочки. Пустые (без расплода и запасов) рамочки убираю совсем, остальные, бегло просмотрев, в том же порядке переставляю к торцевой стенке. С краёв всегда должны располагаться рамки с медово-перговыми запасами (по одной или больше), а в середине - рамки с расплодом в том же порядке, как они и располагались в улье. Пред тем, как вернуть тёплую перегородку, добавляю одну рамочку с вощиной - для контроля и для того, чтобы при появлении у семьи строительного "настроения" уже был определённый объём работы. И, закончив операцию, "перемещаю" леток. То есть открываю его сантиметров на 15 в том месте, где располагается гнездо (но ближе к перегородке), а старый леток закрываю. И в таком виде семью оставляю до начала-середины мая, то есть до наступления устойчивого тепла и взятка.

      В чём смысл всей этой операции? Их несколько.

      1. Очень ранняя ревизия позволяет сразу после выхода пчелиной семьи из зимовки оценить её состояние, в том числе самое главное - наличие расплода, а значит работу пчелиной матки. Если семья выглядит нормально, а расплода нет, то её нетрудно "исправить" самым простым и распространённым способом. Из сильной и хорошо перезимовавшей семьи достаём одну рамочку со свежим "посевом" (одно-трёхдневными яичками) и, аккуратно стряхнув с неё пчёл, переставляем в проблемную семью, ближе к центру гнезда. Яички находятся на самом донышке ячейки и вполне различимы глазом. Их нельзя путать с личинками, которые выглядят как белые червячки, от совсем небольшого размера до очень крупного, во всю восковую ячейку. Эта мера почти всегда приводит к положительному результату - к началу главного взятка семья входит в полную силу.

      2. Во время ревизии нетрудно оценить медовые запасы и, если необходимо, дополнить их. Для этого начинаем ревизию с самых сильных семей, у которых может быть избыток мёда. Лишний мёд семье тоже не нужен, поэтому мы его можем изъять в откачку или дать тем семьям, у которых мёда не хватает (в сумме килограммов десять в каждой семье должно оставаться).

      3. В течение зимы в крайних рамочках и особенно в стенках улья неизбежно накапливается сырость, а вместе с ней плесень и возбудители разнообразных пчелиных болезней. Если мы оставляем ревизию до мая, то пчёлкам самим придётся вычищать и высушивать гнездовую часть улья, то есть делать дополнительную работу. Производя раннюю ревизию, мы убираем ненужные соты со следами сырости и плесени, а также сдвигаем всё гнездо в сухую часть улья. Через день-два после того, как пчёлки полностью успокоятся, можно (и нужно!) будет спокойно открыть улей и обработать место зимовки. Почистить дно и обжечь стенки паяльной лампой или строительным феном. Такая температурная обработка считается самым лучшим способом дезинфекции. Если нет ни того, ни другого, то можно тщательно промыть стенки щёлоком (так делали в старину) или раствором современных средств, таких, как марганцовка. Подобную обработку проводят все серьёзные пасечники с любыми видами ульев, в том числе дадановскими или рутовскими. Мне даже рассказывали про одного пчеловода, который, во избежание накопления возбудителей болезней, просто сжигает корпуса после нескольких лет использования и постоянно делает новые.

      4. Переводя гнездо в сухую часть улья и убирая лишние, опустошённые зимой, рамочки, мы максимально утепляем пчелиную семью. А в этот период, когда на улице ещё довольно холодно, а семья ещё не вошла в силу, это даёт ей дополнительный импульс к развитию.

      В случае ранней весенней ревизии необходимость в поздней уже отпадает. В дальнейшем нужно будет лишь сдвигать перегородку и добавлять рамочки с вощиной и сушью. Но это относится уже к другой теме - к весеннему расширению.

      Весеннее развитие пчелиных семей

      Когда весна полностью вступает в свои права и наступает устойчивая тёплая погода, пчелиные семьи входят в новую фазу развития, которую обычно называют весенним наращиванием. Для нас это начало мая с небольшими сдвигами в ту или иную сторону в зависимости от года. В улье накапливается большое количество молодой пчелы (результат активности матки ранней весной), которая способна выкормить всё возрастающее количество потомства и приступить к другим, не менее важным работам. В частности, к расширению гнезда в преддверии грядущего трудового сезона. Именно в это время (приблизительно с середины мая до конца июня) пчелиная семья имеет наибольшую строительную активность, которую необходимо максимально использовать. Поэтому середина мая - самый крайний срок проведения весенней ревизии и расширения гнезда за счёт постановки вощины.

      О том, как проводится поздняя весенняя ревизия, подробно говорилось в первой книге, и повторяться здесь мы не будем. В случае, если уже проведена ранняя ревизия, в это время гнездовую часть мы уже не трогаем, а отодвигаем перегородку и подставляем три-четыре рамки с вощиной и, если есть, одну рамочку с хорошей белоснежной сушью. Но на этом операция не заканчивается, поскольку необходимо ещё раз "передвинуть" леток. Открываем его до самой перегородки и затыкаем ту часть, которая была открыта весной во время передвижения гнезда. В результате остаётся открытой сантиметров на 15 та часть летка, которая расположена ближе к центру улья. В дальнейшем, подставляя ещё рамочки с вощиной, мы откроем леток чуть шире в ту же сторону. В чём смысл этой мудрёной операции? Их несколько:

      1. В варианте "ранней весенней ревизии" вся подставленная за весну и начало лета вощина оказывается ближе к центру улья, то есть там же, куда перемещается открытая часть летка. Поскольку пчелиная матка предпочитает "сеять" на сотах, расположенных ближе к летку, то после "оттягивания" свежей вощины она всё своё время будет проводить здесь, откладывая яички в свежеотстроенные ячейки. А это всегда является залогом получения здорового потомства.

      2. И наоборот, излишки мёда пчёлки будут складывать дальше от летка, то есть с двух сторон от гнездовой части, с одного края улья используя сушь, которая осталась после зимы, с другого края - подставленную перед главным взятком. Для складывания запасов пчёлкам не нужно будет так сильно удаляться от гнездовой части, как в случае её расположения вплотную к одному из торцов.

      3. На зиму семья, скорее всего, будет обустраиваться именно здесь, напротив летка, на хороших новых сотах, и именно здесь весной начнёт закладывать первый расплод. Поскольку за сезон пчелиная семья отстраивает в среднем семь-восемь высоких рамок, то получается, что каждый год гнездовая часть практически полностью обновляется.

      4. При осенней ревизии извлекаем рамочки с излишками мёда с двух сторон от гнездовой части, что даёт возможность точнее определить расположение зимующего клуба и проконтролировать запасы, которые остаются с одной и другой стороны от него.

      5. Зимующий клуб оказывается в середине улья, с двух сторон поджатый тёплыми перегородками. Это даёт возможность дополнительно утеплить его с двух сторон, а также с двух сторон расположить гигроскопичные, впитывающие воду материалы (см. главу про зимовку).

      На возможность применения подобной системы обращения с ульем-лежаком обратили моё внимание сами пчёлы. Я проверял различные варианты обращения с летком, в том числе в некоторых сильных семьях открывал его летом на всю длину улья и не сокращал осенью. И в ряде случаев пчелиная семья сама "решала" зимовать не вплотную к одной из боковых стенок, а ближе к середине улья. А мне приходилось осенью забирать медовые рамки не с одной, как обычно, а с двух сторон от зимующего гнезда. Были и другие "подсказки", которые привели меня к идее передвижения гнездовой части. К примеру, иногда весной я обнаруживал в гнездовой части слишком много сырости (это было ещё до применения поглощающих влагу материалов) и решал перенести все рамки в противоположную часть улья. Единственной проблемой было привыкание пчёл к новому месту расположения открытой части летка, но в течение недели после перестановки всё полностью налаживалось. И ещё одно подтверждение допустимости такого обращения с пчёлами пришло из литературы 19-го века.

      Оказалось, что передвижение летка и, соответственно, гнездовой части было основным методом работы с большими горизонтальными колодами-лежаками. Служило оно той же цели - периодической дезинфекции гнездовой части и освобождению её от старых почерневших сотов. Для этого делалось два летка, по одному возле каждого из торцов, но на противоположных стенках улья (спереди и сзади). А описание самой процедуры возьмём из книги Юлиана Любенецкого "Полное практическое руководство для пасечников", Москва, 2002 год, стр. 181 (впервые книга была издана в 1859 году):

      "Тогда, во время наилучшего медосбора, оберните улей передом назад, а задом наперёд и откройте в левом конце леток, а прежний леток, в правом конце, - закройте. Пчёлы, помещающиеся на зиму обыкновенно поблизости летка, переместятся после этого в левый конец и устроят гнездо в молодых сотах. А затем осенью можно будет убрать из правого конца все старые соты, наполненные мёдом. Таким образом, лежак возобновится без малейшего вреда".

      И, закачивая тему весеннего расширения, упомянём ещё одну возможность - совмещение двух приведённых выше методов. Это будет самый "ленивый" способ весенней ревизии, практически исключающий вторжение в пчелиное гнездо. Мы можем не делать раннюю весеннюю ревизию и во время поздней также оставить гнездовую часть на месте, подставляя вощину с края и перемещая леток к центру.

      В этом случае во время первого расширения (начало мая) отодвигаем несколько крайних рамочек и, дойдя до края гнезда, убеждаемся в том, что расплод в семье есть, то есть матка работает. После этого, следуя технологии перемещения гнезда к центру, подставляем несколько рамочек с вощиной. Очевидно, что если мы будем следовать этой технологии из года в год, то место зимовки будет постоянно перемещаться: вплотную к одному торцу улья - центральная часть улья - вплотную к другому торцу. Преимущество этого метода очевидно - нам вообще не нужно разбирать гнездовую часть. Недостаток заключается в том, что мы лишаемся всех перечисленных выше плюсов ранней весенней ревизии. Но в случае качественной зимовки это, возможно, не так критично.

      Следующий этап весеннего наращивания приходится на конец мая - начало июня. Хорошие семьи в это время бурно развиваются, и нужно не упустить момент, когда пчёлы подойдут к перегородке. Поэтому в следующий раз нужно заглянуть в улей не позже, чем через две недели после первого весеннего расширения. Даём в хорошие семьи ещё по 3-4 рамки с вощиной и одну, самое большее две, хорошей суши. Хорошей потому, что она попадает в ту часть улья, куда в течение лета ещё может дойти матка для откладывания яичек. Сильного взятка в это время у нас ещё нет, и в большом количестве "тары" для складывания нектара семья не нуждается, тем более что много нектара уходит на воспитание расплода. Зато строительство сотов в самом разгаре, и молодую пчелу в этом плане необходимо загружать "по полной программе". Этот этап расширения для всех способов весенней ревизии делается одинаково, разница заключается лишь в том, что в варианте "ранней весенней ревизии" (гнездовая часть в середине) нужно ещё немного приоткрыть леток в сторону середины улья (напротив установленной вощины). И снова недели две к ульям можно не подходить, тем более, что дел на пасеке хватает - начинается настоящая роевая пора.

      Подготовка к главному взятку

      И остаётся последний этап - полное расширение гнезда. Как правило, это период от середины до конца июня, то есть перед началом главного взятка. Полностью убираем перегородку и заполняем рамками весь оставшийся объём улья. Если крайняя к перегородке вощина хорошо оттянута, то ставим ещё одну рамочку вощины и дальше одну только сушь. Сюда пойдут рамочки суши и качеством похуже, поскольку это место предназначается только для складывания мёда. Чем хуже (чернее) сушь, тем дальше от гнездовой части её нужно ставить.

      С этой, последней операцией опаздывать никак нельзя. Лучше даже немного поторопиться, чем опоздать. Когда начинается главный взяток, пчёлы сокращают до минимума все остальные работы и нацеливаются полностью на сбор нектара. Их понять можно - всего месяц-полтора даёт природа нашей северной пчеле на то, чтобы сделать стратегический запас на весь год. В остальное время года взяток либо поддерживающий, либо вообще никакого. А настоящий, бурный, с обилием цветущих растений и нектара - только раз в году, в это время. Вся весна, по сути, является подготовкой, наращиванием силы для этого, самого важного "рывка". И здесь уж чем больше "тары", тем лучше. Если вы заглянете в улей во время хорошего взятка и вынете одну из рамочек (и пчёлки дадут вам это сделать!), то увидите, что она на отсвет как бы слегка влажная. Это так называемый "набрызг", то есть свежий нектар, разлитый понемногу по всем ячейкам. Прежде, чем из него получится зрелый мёд, пчёлкам предстоит ещё немало поработать, ферментируя и удаляя излишки влаги. Для этого необходимо максимальное количество свободных ячеек, гораздо большее, чем займёт получившийся мёд. Именно поэтому недостаток суши во время сильного взятка пчеловодами приравнивается к прямым потерям мёда.

      На этом моя основная пчеловодческая работа заканчивается, и всё оставшееся летнее время (с начала июля по октябрь) к ульям я почти не подхожу, разве что иногда посматриваю за развитием роёв и проблемных семей. Двадцать пять высоких рамок по площади соответствуют почти сорока рамкам дадановским, а это больше, чем три стандартных корпуса. В наших широтах при стационарном содержании пчёл это практически предел развития семьи, а значит, пчёлам тесно не будет. Но это вовсе не означает, что пчёлки обязаны залить мёдом всё свободное пространство, как нам того бы хотелось. Результат будет зависеть от совокупности причин, изложенных выше, то есть от силы семьи, от богатства местности и от особенностей данного конкретного сезона. Самые благоприятные погодные условия для выделения нектара - это температура 22-28 градусов Цельсия и достаточное количество влаги (дождей). Если же всё лето стоит сушь и температура под сорок, или, наоборот, холодно и дожди льют без перерыва, то больших медосборов ожидать не стоит. Сильные нероившиеся семьи мёд всё равно дадут, а вот за молодыми роевыми семьями придётся даже посматривать, проверяя, хватает ли им пропитания.

      То есть наша задача - создать пчелиным семьям максимально благоприятные условия для весеннего развития и дать максимум "тары" для главного взятка. И радоваться тому результату, который получится. У меня на пасеке с одной перезимовавшей семьи в среднем получается 15-25 килограммов мёда, в зависимости от сезона. То есть отдельные семьи дают до 60-ти килограммов и больше, другие значительно меньше, а отпустившие по 2-3 роя не дают практически ничего. Но это в случае "естественного" естественного пчеловодства. Если я начинаю применять "продвинутые" методы, такие, как исправление слабых семей, то средний взяток с одной семьи существенно возрастает.

      15-25 килограммов, много это или мало? При небольшом количестве усилий, которые я прилагаю к своей пасеке, и при том высоком качестве мёда, который получается, я считаю эту цифру совершенно нормальной. Мёд получается полностью созревшим (отбираем осенью!), без следов сахара и лекарств, и цену на него можно назначать значительно выше среднерыночной. К тому же эта цифра даже превышает среднестатистические данные медосбора по стране (15 кг с семьи). Сверхвысокие медосборы обычно бывают при кочёвках или в регионах с очень хорошей медоносной базой. Или при кормлении пчёл сахарным сиропом. За примерами последнего далеко ходить не надо, их в современном пчеловодстве предостаточно. Общаемся, к примеру, с одним из соседей-пасечников. Говорит, что у них в среднем 40 кг мёда с улья, и, узнав про мои 20, удивлённо пожимает плечами. Начинаем выяснять детали. Оказывается, что весной (или осенью) слабые семьи он соединяют между собой или присоединяет к сильным, и в течение сезона даёт не менее 15-ти килограммов сахара на семью (что приблизительно соответствует 20-ти килограммам мёда). Вот и посчитайте суммарный результат, учитывая траты на лекарства и множество забот в течение лета.

      Что ещё осталось сказать о весенне-летнем периоде? То, что описанная схема, разумеется, допускает индивидуальные отклонения. Всё зависит от пасечника - живёт ли он на пасеке или бывает лишь редкими наездами. Самые главные весенние операции - ревизию и первое расширение вощиной - я делаю всегда именно так, как описано выше, ни в коем случае не упуская сроки. В следующий период, до начала главного медосбора, я заглядываю в ульи чаще, чем говорилось, приблизительно раз в неделю, подставляя рамочки в зависимости от развития семьи. Если вижу, что семья работает очень хорошо, то добавляю несколько рамок, если слабо - то одну-две или не добавляю вообще, оставляя до следующего раза. Такой обход пасеки занимает час-два времени, но зато даёт возможность постоянно "держать руку на пульсе" и точно представлять, что происходит в каждом отдельном улье.

      Как эта процедура выглядит? Подхожу к улью сзади и откидываю крышку. Крышка в откинутом виде леток не перекрывает, а пчеловод находится с противоположной стороны от летка, поэтому пчёлы спокойно продолжают работать. Немного отодвигаю перегородку и смотрю, нет ли пчёл на крайней рамке. Если есть, и уже начали её отстраивать (с края всегда стоит рамочка с вощиной), то значит, уже опоздал, и нужно срочно подставить несколько рамок. Если нет, то отодвигаю крайнюю рамку и смотрю на следующую. Если и на ней пчёл нет, то можно семью пока не трогать или подставить одну рамочку, на всякий случай. Если на предпоследней рамке пчёлы уже хорошо работают, то пару рамок подставить нужно. Рамки подставляю очень быстро и без использования дыма.

      Насколько я понимаю, в пчеловодстве с самого начала нужно отталкиваться от определённых схем и правил, но при работе с пчёлами довольно быстро начинает подключаться интуиция, и процесс становится в значительной степени творческим. То есть решение о том, насколько расширить данную семью, принимается прямо во время осмотра. Смотрим на силу семьи, на лёт пчёл, состояние крайних рамочек и записи в журнале (сколько и каких рамок уже подставлено). Но сроки и среднее количество рамочек, которые за сезон необходимо подставить, соответствуют описанию, приведённому выше.

      Что касается записей, то в пасечном деле они оказывают хорошую помощь, особенно по мере увеличения количества ульев. Я стараюсь записывать как можно больше: происхождение семьи, когда роилась, вес роёв и номера ульев, в которые они посажены, как семья провела зиму, сколько дала мёда и все этапы расширения, включая даты и количество подставленных рамочек. Со временем эти записи начинают давать массу интересной информации, которую можно собирать и анализировать. И содержание пасеки превращается ещё и в интересное исследование, результатами которого можно делиться с друзьями и единомышленниками.

      И остался ещё один традиционный вопрос, который задают самые большие сторонники естественного подхода: почему бы весной, во время первой ревизии, не заполнить весь улей рамочками и больше не подходить к нему до осени? Такой вариант я неоднократно пробовал и заметил, что при резком весеннем расширении гнезда пчелиные семьи значительно теряют в развитии. Сильные семьи, разумеется, переносят эту операцию лучше, а слабые значительно хуже. О причине мы уже говорили. Весна - время быстрого наращивания силы, когда пчелиная матка стремится "сеять" с максимальной скоростью, а рабочей пчелы в улье, которой предстоит весь "молодняк" обогреть и выкормить, пока ещё не так много. В зоне пчелиного расплода пчёлки поддерживают температуру около 36-ти градусов, а на улице, особенно ночью, бывает ещё весьма прохладно. Поэтому весной, особенно ранней, на счету каждая калория тепла, и помочь пчёлам сберечь его - главная задача пасечника.

      В начале июня некоторые семьи уже можно расширить полностью, но в начале мая я бы делать это никак не рекомендовал. Три весенних расширения (начало-середина мая, конец мая и середина-конец июня) представляется мне оптимальной схемой. Сроки могут сдвигаться в зависимости от климата и от погоды, и определять их можно по активности пчёл и по цветению растений. Это, кстати, очень интересная область исследований, к которой я ещё только начал прикасаться. Старые пасечники "реперными точками" сезона считали начало массового цветения ивы, распускание листьев дуба, зацветание крыжовника и, в конце концов, липы. Если в этом хорошо разобраться, то можно очень чётко определять оптимальные сроки проведения всех необходимых операций. Ведь растения гораздо лучше чувствуют дыхание природы, чем мы, современные люди.

      Итак, к началу главного взятка нам необходимо полностью завершить всю весеннюю работу на пасеке, собрав и осадив все рои и максимально расширив все сильные нероившиеся семьи. Что же происходит в ульях в разгар лета, в то время, когда мы оставили наших питомцев в покое и занялись своей, интересной и разнообразной летней жизнью?

      Главный взяток и вторая половина лета

      Главный взяток - это в нашей широте время наступления настоящего лета, то есть устойчивой тёплой погоды, и зацветания основной массы растений. Иногда этот период можно обозначить довольно чётко, иногда границы его бывают весьма расплывчаты, а в иные годы он и вовсе отсутствует. То есть понятие главного взятка весьма условно, но всё же он есть. В какой-то момент мы вдруг обнаруживаем, что вся пасека резко "включилась" в работу, в сильных семьях пчёлки уходят в поле целым непрерывным потоком и, возвращаясь обратно, под тяжестью сладкой ноши буквально плюхаются на леток. В ульях появляется большое количество "набрызга", и всю ночь на летке пчёлки мощно работают крылышками, потоком воздуха выдувая из улья излишки влаги, содержащейся в нектаре. Это ещё один безусловный признак главного взятка - когда поздно вечером на пасеке стоит тихий гул и в воздухе разлит тонкий и чудесный аромат нектара.

      Чем занята во время главного взятка пчелиная матка? По-прежнему откладывает яички, но гораздо меньше, чем во время весеннего наращивания. То есть, на языке пчеловодов, "отдыхает". Откладывать много яичек в это время уже не имеет смысла, поскольку вышедшее из них потомство к моменту вылета из улья обильного взятка уже не застанет, а если в конце лета в улье будет много пчелы, то она будет только зря поедать "стратегические запасы". Поэтому задача матки в это время - просто поддержать на необходимом минимуме "народонаселение" улья. К тому же выкармливание расплода - это большая работа, отвлекающая пчёл от работы в поле. А это во время главного взятка тоже не к чему. Молодая пчела в разгар лета в улье долго не сидит, начиная работать на взятке с недельного возраста, то есть в два раза быстрее, чем обычно.

      Есть и физическая причина снижения плодовитости матки - пчёлы несут много нектара и заливают им все свободные ячейки. В природе устроено так, что если количество сотов ограничено и перед пчелиной семьёй стоит выбор, как использовать пустые ячейки, под расплод или под нектар, всегда отдаётся предпочтение нектару. Этот закон работает как во время главного взятка, приводя к резкому снижению яйцекладки, так и во время роения. Каким образом?

      Оказывается, что роение пчелиных семей обусловлено не только инстинктом продолжения рода, который действует тем сильнее, чем старше матка, но и цепочкой чисто физических причин, впервые установленной Александром Михайловичем Бутлеровым (1828-1886 гг). В чём она заключается? Если весной (в начале лета) семья попадает в стеснённые обстоятельства (нехватка свободного пространства), то в какой-то момент все свободные ячейки оказываются заняты либо нектаром, либо пчелиным расплодом. Матке становится негде "сеять", а значит, сокращается количество молодого расплода, нуждающегося в уходе. "Толпы" молодых пчёлок-воспитательниц остаются без работы, так же, как и пчёлок-строительниц, у которых нет места для возведения новых построек. В улье возникает роевое настроение.

      Тонкость заключается в том, что когда это уже произошло, срочная подстановка вощины в большинстве случаев результата не даёт, и семья начинает выпускать рои. Именно поэтому никак нельзя опаздывать с весенней ревизией и расширением. И наоборот, если мы хотим получить рои, достаточно после ревизии просто не подставлять вощину и заткнуть переход под передвижной перегородкой. После получения одного-двух роёв необходимо срочно расширить гнездо и дать оставшейся в улье семье с молодой маткой нормально развиваться.

      Но вернёмся к лету. Когда главный взяток заканчивается, и нектар, превращённый в зрелый мёд, плотно упаковывается в восковые хранилища, у пчелиной матки вновь появляется "оперативный простор" для усиления яйцекладки. И она сейчас будет к месту, поскольку старая, хорошо поработавшая на главном взятке пчела в течение августа будет "отходить", то есть гибнуть, а значит, в больших количествах потребуется пчела молодая, идущая ей на смену. Главная задача семьи в конце лета - вырастить целое молодое поколение пчёл, не износившихся на взятке и на выкармливании потомства и, соответственно, способных благополучно провести зиму. Это важное время, которое называется осенним наращиванием, заканчивается в августе-сентябре, в зависимости от широты и от года.

      Это же время (особенно конец лета) является временем особенно активного пчелиного "напада", когда рабочей пчелы ещё много, а взятка в поле уже негусто, и "разведчицы" начинают обследовать подступы к чужим запасам. Но если в улье всё благополучно, то воспользоваться ими никто не позволит. Однако в это время я всё равно посматриваю за пасекой, чтобы, в случае бедствия хотя бы оставить себе запасы мёда. Иначе разойдутся по окрестным ульям...

      Отбор мёда и подготовка к зиме

      Сентябрь для пчёлок - это время окончательной подготовки к зимовке. Из ячеек гнездовой части выходит последний расплод, освобождая место для клуба (который обычно садится на пустые соты) и для окончательной "упаковки" зимних запасов. В это время они могут перетаскивать мёд и заделывать все щели в улье, особенно в верхней его части.

      В первые годы работы с ульем-лежаком мёд я начинал "отбирать" из ульев в середине сентября. Да ещё перебирал гнездо, чтобы осмотреть количество запасов. С познавательной точки зрения это, конечно, интересно, но ощущение оставалось не очень хорошее - пчёлки трудились, обустраивали гнездо, заделывали все щели прополисом. А я лезу и всё это нарушаю. Зачем?

      В последнее время передвинул отбор мёда сначала на конец сентября, потом даже и на середину октября. Подходящее время зависит от погоды, ведь пчёлки начинают собираться в клуб, когда днём на улице температура не поднимается выше плюс двенадцати градусов. В это время крайние рамки уже совершенно свободны не только от расплода, но и от сидящих на них пчёл. Мы совершенно спокойно их изымаем, доходя до границы клуба - первой небольшой группки пчёл, сидящей между двух рамочек. Но крайние рамки забирать нельзя, поскольку с двух сторон от клуба хранятся запасы, которыми семья будет пользоваться ранней весной, когда клуб уже распадается, а взятка в природе ещё нет. Закончив забирать мёд (с одной или с двух сторон от гнезда), пробуем улей "на вес", то есть аккуратно с одного края приподнимаем. Наличие мёда определяется всегда безошибочно. Но, если рассуждать логически, то в хороших семьях проверять медовые запасы даже нет необходимости. Ведь если в семье были излишки мёда, которые мы забрали, то и создать необходимый для зимы запас у пчелиной семьи возможность была. Поэтому беспокоиться имеет смысл только за семьи роевые, особенно поздние.

      Состояние роевых семей лучше оценить заранее, в середине или даже начале августа, то есть сразу после окончания главного медосбора. Если мёда явно не хватает (по причине слабости семьи или плохого сезона), то даю его в кормушке, которая, как рамочка, вставляется внутрь улья. Дать мёд в это время это гораздо лучше, чем подставлять медовую рамочку в гнездо перед зимовкой (есть и такая практика). Почему? Потому, что и пчёлки его сами разложат, как надо, и матка при наличии запаса гораздо лучше проведёт осеннее наращивание.

      Самый последний этап - последняя подготовка к зимовке - проводится просто. Подробности детально изложены в соответствующей статье, а если коротко, то выглядит это так:

      В ульях с большим подрамочным пространством (я сейчас делаю 130 мм, при общей внутренней высоте улья 600 мм) под рамочки закладываю холщёвый мешок с мхом-сфагнумом или другим гигроскопичным материалом. Промежуток между нижними брусками рамок и мешком должен остаться не меньше 2-х сантиметров. С одной или с двух сторон (в зависимости от типа зимовки) гнездо ограничивается тёплыми перегородками, причём щелей под перегородками, ведущими в пустой отсек, быть не должно.

      В ульях с небольшим подрамочным пространством (30 мм, при общей внутренней высоте улья 500 мм) впитывающий влагу материал располагаю с одной или с двух сторон от гнездовой части. Это либо аналогичные подушки, либо специальные перегородки, выполненные в виде ящика, с одной (обращённой к гнезду) стороны проницаемого для паров воды. В ящик закладывается любой доступный гигроскопичный материал. Между впитывающей подушкой (или впитывающей перегородкой) и пустым отсеком улья желательно установить стандартную тёплую перегородку.

      И осталось две последние детали. Перед тем, как закрыть крышку и оставить улей до весны, поверх рамок кладу дополнительный холстик из какого-либо толстого материала для того, чтобы полностью ликвидировать воздушный зазор между рамками и крышкой. И закрываю леток кусочком металлической сетки с ячейкой 10х10 мм, чтобы в улей не смогла забраться мышь и при этом легко могли пройти пчёлки. На этом цикл наших сезонных работ можно считать завершённым.

      Что можно делать на пасеке зимой? Если леток находится на уровне днища, то иногда почистить его от снега, если же поднят выше, то и в этом не будет необходимости. Можно аккуратно прислонить ухо к летку и послушать, как гудят пчёлки. И ждать наступления весны и начало нового сезона, несущего новые (в основном приятные!) заботы, новый опыт и новую радость от общения с пчёлами - нашими удивительными и загадочными соседями на этой Земле. Успешного Вам пасечного дела!

      Лазутин Фёдор
      Калужская область,
      Малоярославецкий район,
      экопоселение Ковчег

      Январь 2011 года

      Отзывы по статье, а также замечания и дополнительную информацию можно присылать на адрес fedor-kovcheg@yandex.ru

    Другие наши мысли и опыт




    Некоммерческое партнёрство "Ковчег"
    Калужская область, Малоярославецкий район
    E-mail: kovcheg@eco-kovcheg.ru